Она молчала у окна,
И взгляд её искал кого-то
В глуши садовой, что весна
Раскрасила, сливая с нотой
Тоскливой песни соловьиной
Под старой, сломанной брединой
У диких розовых кустов,
Что любят песни соловьёв.
На подоконнике тюрьмы,
И в кандалах пузатой вазы
Она засохла, до зимы
Не дотянула. Стало сразу
Темнее в комнате просторной,
И горничной рука проворно
Смахнула пепельную вязь
И вытерла под блюдцем грязь.
Бренчало в зале фортепьяно,
Самодовольно плыли звуки,
Вновь под окном как будто пьяный
Свалился вечер. Буги-вуги
Вдруг заплясало с ветром лето,
Закат сиял хвостом кометы,
И вялой розы лепестки
Под ветром были так легки...
В полдневный жар в долине Дагестана
С свинцом в груди лежал недвижим я;
Глубокая еще дымилась рана;
По капле кровь точилася моя.
Лежал один я на песке долины;
Уступы скал теснилися кругом,
И солнце жгло их желтые вершины
И жгло меня — но спал я мертвым сном.
И снился мне сияющий огнями
Вечерний пир, в родимой стороне.
Меж юных жен, увенчанных цветами,
Шел разговор веселый обо мне.
Но в разговор веселый не вступая,
Сидела там задумчиво одна,
И в грустный сон душа ее младая
Бог знает чем была погружена;
И снилась ей долина Дагестана;
Знакомый труп лежал в долине той;
В его груди дымясь чернела рана,
И кровь лилась хладеющей струей.
1841
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
