И снова равноденствие грядёт,
и точно в срок кольнёт Венеры ход
проём в одном из окон Кукулькана,
великий змей вползёт в сезон дождей
к подножию исчезнувших людей.
Но что за дело телу Юкатана,
когда весна и давит серый столб?
Над головой навис тоской чертог —
готовят что-то спешно в поднебесье,
как в кухне, паром занавес упал,
а ты туда, но стой — ты слишком мал
участвовать в приготовленьях тесных.
Гоньба и шум, и запахи, и свет
сквозь облака, и здесь тебя уж нет —
весь в таинстве недетских заклинаний:
– Месите тесто… шаньги… беляши…
не стой, сними… тихоня, убежит!
Точить ножи…
Куда бежишь незваный?!.
И хочется, и колется,
в окно
уставишься, немытое стекло
сметёшь, как смог, и —
радостным возницей
рванёшь за неизведанным, эгей,
в места героев, фей и голубей,
и детства, что уже не повторится.
Да в вышней кухне паром облака,
тебе грозят, как раньше, свысока —
и отвлекают маленькой синицей.
Как раньше тает снег, и ждёшь грачей,
и мир большой, прекрасный и ничей,
и тонко пахнет тестом и корицей.
Как жаль, что тем, чем стало для меня
твое существование, не стало
мое существованье для тебя.
...В который раз на старом пустыре
я запускаю в проволочный космос
свой медный грош, увенчанный гербом,
в отчаянной попытке возвеличить
момент соединения... Увы,
тому, кто не умеет заменить
собой весь мир, обычно остается
крутить щербатый телефонный диск,
как стол на спиритическом сеансе,
покуда призрак не ответит эхом
последним воплям зуммера в ночи.
1969
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.