И снова равноденствие грядёт,
и точно в срок кольнёт Венеры ход
проём в одном из окон Кукулькана,
великий змей вползёт в сезон дождей
к подножию исчезнувших людей.
Но что за дело телу Юкатана,
когда весна и давит серый столб?
Над головой навис тоской чертог —
готовят что-то спешно в поднебесье,
как в кухне, паром занавес упал,
а ты туда, но стой — ты слишком мал
участвовать в приготовленьях тесных.
Гоньба и шум, и запахи, и свет
сквозь облака, и здесь тебя уж нет —
весь в таинстве недетских заклинаний:
– Месите тесто… шаньги… беляши…
не стой, сними… тихоня, убежит!
Точить ножи…
Куда бежишь незваный?!.
И хочется, и колется,
в окно
уставишься, немытое стекло
сметёшь, как смог, и —
радостным возницей
рванёшь за неизведанным, эгей,
в места героев, фей и голубей,
и детства, что уже не повторится.
Да в вышней кухне паром облака,
тебе грозят, как раньше, свысока —
и отвлекают маленькой синицей.
Как раньше тает снег, и ждёшь грачей,
и мир большой, прекрасный и ничей,
и тонко пахнет тестом и корицей.
Есть иной, прекрасный мир,
где никто тебя не спросит
«сколько время, командир»,
забуревший глаз не скосит.
Как тебе, оригинал,
образец родных традиций?
Неужели знать не знал,
многоокой, многолицей
представляя жизнь из книг,
из полночных разговоров?
Да одно лицо у них.
Что ни город — дикий норов.
Кто, играя в города,
затмевал зубрил из класса,
крепко выучит Беда —
всё названье, дальше трасса.
Дальше больше — тишина.
И опять Беда, и снова
громыханье полотна,
дребезжанье остального.
Хочешь корки ледяной,
вечноцарской рюмку, хочешь?
Что же голову морочишь:
«мир прекрасный, мир иной».
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
