Если тебе понадобится рука помощи, знай — она у тебя есть — твоя собственная. Когда ты станешь старше, ты поймешь, что у тебя две руки: одна, чтобы помогать себе, другая, чтобы помогать другим
Три метра над уровнем неба. Еще вчера...
А ты когда-нибудь сжигал свои письма? Нет, ни ему, и ни ей. Самому себе. Письма, которые некуда отправлять. И некому. Письма, в которых ты — это ты. Наедине с собой. Где нет нравоучений и восторженной лести. Нет упреков и неискренней похвалы. Нет лиц, нет масок. Вообще ничего нет. И никого. Только ты.
Привет! Сегодня четверг. Я столько планировал сделать в этот день. Ответить по электронке друзьям и знакомым, письма которых десятками в день перемещал из папки «входящие» в «личное», чтобы не затерялись среди бесконечного спама и никому не нужной рекламы. Приготовить вкусный ужин — а вдруг кто зайдет. Посмотреть один из многочисленных, кем ни попадя рекомендованных фильмов, ссылками на которые забито все пространство моего рабочего стола. Да много еще чего хотел. И что в итоге? Вот, сижу и пишу это письмо. Самому себе. Пишу долго. Вывожу каждую букву, словно в детстве на уроке чистописания, слежу за согласованием родов и времен, раздумываю над запятыми и тире. Для чего? Чтобы по завершении — с легким сердцем — сжечь его, поднеся к нижнему уголку зажигалку. В этот момент я всегда стою у открытого окна, чтобы пепел и дым не разлетались по дому, а выдувались сквозняком наружу. Но пепел, — это не сразу, нет. Сначала пламя медленно ползет по подписи и числу. Затем съедает прощальное «пока». Потом — финальное многоточие, которым я неизменно заканчиваю любое письмо, последние слова, запятые, тире, фразы. И вдруг письмо вспыхивает целиком, будто не желая больше медлить с исходом, и за секунду превращается в ничто. Как, впрочем, и весь мой день.
Три метра над уровнем неба. Еще вчера. Ты сжигал когда-нибудь письма самому себе?..
В короткую ночь перелетной порой
Я имя твое повторял, как пароль.
Под окнами липа шумела,
И месяц вонзался в нее топором,
Щербатым, как профиль Шопена.
Нам липа шептала, что ночь коротка –
Последняя спичка на дне коробка.
Я имя твое наготове берег,
Как гром тишина грозовая,
Летя по Каретной в табачный ларек,
Авансом такси вызывая.
Пустые звонки вырывались из рук,
Над почтой минуты мигали.
На город снижался невидимый звук,
Мазурку сшивая кругами.
Не я тебе липу сажал под окном,
Дорогу свою не стелил полотном.
Слеза моя, кровь и ключица.
Нам без толку выпало вместе в одном
Раздвоенном мире случиться.
Останется воздух, а дерево – прах.
Пространство спешит на свободу.
Нам выпало жить в сопряженных мирах,
Без разницы звезд над собою.
Я черный Манхэттен измерю пешком,
Где месяц висит над бетонным мешком,
Сигнальная капля живая,
Минуту с минутой, стежок за стежком
Мазурку из мрака сшивая.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
