К небесному причалу суденышко пристало
Почти не потревожив заоблачную синь
Из лодки кто-то вышел, а на земле не стало
Кого-то дорого, кто кем-то был любим.
Придут, уйдут минуты, пройдет тоска и радость
Как пыль с цветка сметена заботливой рукой
Не знаю ты вернешься ль, пройдешь ли снова садом
вильнешь ли снова задом в лагуне голубой?
…
а песня твоя все громче над морем твоим раздается
и в мареве летнем все чаще тебя, ошибаясь, вижу
А песня, а песня все мает
Вдоль берега моря несется
Я ухо к груди прижимаю
Но слов я уже не слышу…
В те времена в стране зубных врачей,
чьи дочери выписывают вещи
из Лондона, чьи стиснутые клещи
вздымают вверх на знамени ничей
Зуб Мудрости, я, прячущий во рту
развалины почище Парфенона,
шпион, лазутчик, пятая колонна
гнилой провинции - в быту
профессор красноречия - я жил
в колледже возле Главного из Пресных
Озер, куда из недорослей местных
был призван для вытягиванья жил.
Все то, что я писал в те времена,
сводилось неизбежно к многоточью.
Я падал, не расстегиваясь, на
постель свою. И ежели я ночью
отыскивал звезду на потолке,
она, согласно правилам сгоранья,
сбегала на подушку по щеке
быстрей, чем я загадывал желанье.
1972
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
Авторизация
Камертон
