это глупые мальчики слушают если «не надо»,
приручают в материи прятаться гусениц ро-
зоватых и скромных
он тычет в нас тросом канатки
а потом расширяет воронки железным крюком
вот откуда потопы
и зря расфасованы твари
и борзеют колёса с которых видны этажи
деревянных бараков промокших русалочьих камер
в рубиконных кварталах где вводят военный режим
где все пытки стандартны просты как простые движенья
где щекотка уже не смешна и не можешь без ще
где мы жилы сплетаем себе в самый строгий ошейник
и боимся до смерти боимся остаться ничьей
и хоть красим в брыльянты осиной пропахшие чётки
и как нищенки кукиш подола суём в облака
всё равно понимаем он трахнет нас тряпкой и щёткой
и заставит бульон из слюны его жадно лакать
он не слушает «нет»
его кажется это заводит
от него не сбежишь его яндекс небесный всезряч
мы послушно заходим по горло в крещенские воды
в поллитрухи-каналы в венеций загаженных срач
головастики блядские с ляжками в чёрных засосах
манда-лены безумные с гландами в алых жуках
расскажите мне девочки дурочки сучечки козы
почему вы рисуете снег на усталых висках
вы все верите правда иначе не может случиться
мы все верим конечно что он очень рульный пацан
но потом проплывёт по реке улыбаясь нам в лица
труп врага и от горя на нас всех не будет лица
мы все верим
поэтому стиснув простынки и пломбы
и засунув «не надо» подальше надеемся лишь
что родим пацана
ему проще он бог то есть хобот
такой маленький тёплый и добрый пока он малыш
Я изучил науку расставанья
В простоволосых жалобах ночных.
Жуют волы, и длится ожиданье --
Последний час вигилий городских,
И чту обряд той петушиной ночи,
Когда, подняв дорожной скорби груз,
Глядели вдаль заплаканные очи
И женский плач мешался с пеньем муз.
Кто может знать при слове "расставанье"
Какая нам разлука предстоит,
Что нам сулит петушье восклицанье,
Когда огонь в акрополе горит,
И на заре какой-то новой жизни,
Когда в сенях лениво вол жует,
Зачем петух, глашатай новой жизни,
На городской стене крылами бьет?
И я люблю обыкновенье пряжи:
Снует челнок, веретено жужжит.
Cмотри, навстречу, словно пух лебяжий,
Уже босая Делия летит!
О, нашей жизни скудная основа,
Куда как беден радости язык!
Все было встарь, все повторится снова,
И сладок нам лишь узнаванья миг.
Да будет так: прозрачная фигурка
На чистом блюде глиняном лежит,
Как беличья распластанная шкурка,
Склонясь над воском, девушка глядит.
Не нам гадать о греческом Эребе,
Для женщин воск, что для мужчины медь.
Нам только в битвах выпадает жребий,
А им дано гадая умереть.
1918
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
