*
"я напишу тебе письмо",
но ты, конечно, не ответишь,
не потому что не дошло
посыльным, тем которым ветер
согласен на мгновенье стать,
а просто кнопку не нажать
в окошке маленьком "ответить"...(ie)
***
опять грущу - так неуместно - согретая вниманием, теплом,
но, видно, день такой, и место напоминает о былом...
возможно зеркало кривое, да и не мне, со стороны,
заметно было бы простое несоответствие, видны
случайности и все ошибки, снов несбывание и ты,
как зависание - попытка оговорившейся судьбы...
и я без снов, без слов, без писем - в воспоминаниях, мечтах,
картинками среди двух чисел, как чёт-нечёт и, смахивая страх
с чела моей любви беспечной, боюсь закончится запал,
тебя забуду, станет скетчем история, в которой ты меня познал,
рисунком не впечатанным в дорогу всеправильности выбора, моим
несостоявшимся, но строгим учителем превратностей любви...
я не спешу... не тороплю событий,
не объясняюсь, не зову (а смысл?)
не совершаю ни ошибок, ни открытий...
я жду - сегодня, в пятницу...(каприз?)
"Скоро тринадцать лет, как соловей из клетки
вырвался и улетел. И, на ночь глядя, таблетки
богдыхан запивает кровью проштрафившегося портного,
откидывается на подушки и, включив заводного,
погружается в сон, убаюканный ровной песней.
Вот такие теперь мы празднуем в Поднебесной
невеселые, нечетные годовщины.
Специальное зеркало, разглаживающее морщины,
каждый год дорожает. Наш маленький сад в упадке.
Небо тоже исколото шпилями, как лопатки
и затылок больного (которого только спину
мы и видим). И я иногда объясняю сыну
богдыхана природу звезд, а он отпускает шутки.
Это письмо от твоей, возлюбленный, Дикой Утки
писано тушью на рисовой тонкой бумаге, что дала мне императрица.
Почему-то вокруг все больше бумаги, все меньше риса".
II
"Дорога в тысячу ли начинается с одного
шага, - гласит пословица. Жалко, что от него
не зависит дорога обратно, превосходящая многократно
тысячу ли. Особенно отсчитывая от "о".
Одна ли тысяча ли, две ли тысячи ли -
тысяча означает, что ты сейчас вдали
от родимого крова, и зараза бессмысленности со слова
перекидывается на цифры; особенно на нули.
Ветер несет нас на Запад, как желтые семена
из лопнувшего стручка, - туда, где стоит Стена.
На фоне ее человек уродлив и страшен, как иероглиф,
как любые другие неразборчивые письмена.
Движенье в одну сторону превращает меня
в нечто вытянутое, как голова коня.
Силы, жившие в теле, ушли на трение тени
о сухие колосья дикого ячменя".
1977
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
