Дождь всё теплей,
в окнах всё меньше света.
И в снежной золе
ясней проступает лето.
Всё больше счета
за трафик мобильных флиртов,
а красота
меньше «привязана» к литру.
Тени устали,
силясь нащупать контрастность.
Тучи из стали
сдвинули фронт к Осло;
будут еще,
но это потом, в после-
(дующей)
жизни станут грустить страстно.
Стану и я
(быть, как и все здесь, милым)
гранулами
в кофе тонуть хилом.
И «брабусами»
врезаться в младенцы-лужи,
градусами
самоутверждаться – нужен!
Что за плебей,-
в книгах задумаюсь веских,-
мне воробью
нужно любить лето.
Звонкну тебе,
просто, чтоб навести резкость
и визу пробью
в Осло – мое гетто.
Ордена и аксельбанты
в красном бархате лежат,
и бухие музыканты
в трубы мятые трубят.
В трубы мятые трубили,
отставного хоронили
адмирала на заре,
все рыдали во дворе.
И на похороны эти
местный даун,
дурень Петя,
восхищённый и немой,
любовался сам не свой.
Он поднёс ладонь к виску.
Он кривил улыбкой губы.
Он смотрел на эти трубы,
слушал эту музыку .
А когда он умер тоже,
не играло ни хрена,
тишина, помилуй, Боже,
плохо, если тишина.
Кабы был постарше я,
забашлял бы девкам в морге,
прикупил бы в Военторге
я военного шмотья.
Заплатил бы, попросил бы,
занял бы, уговорил
бы, с музоном бы решил бы,
Петю, бля, похоронил.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
