- Есть ли здесь кто-нибудь, кроме меня?
- Я!
- Я!
- Я!
Слышу тонкие, будто ниточки, голоса:
Эхо? Галлюцинации? Трудно сказать.
Звуки исходят с громоздкого стеллажа,
где старые книги живут, а не просто лежат,
с черно-белых фоток на бледной стене
и серых бесплотных качающихся теней.
Кажется, в комнате не протолпиться.
Тихо шепчутся между собой страницы,
сонм невидимок носится по квартире,
шурша одеждой и, вроде бы, дебоширя.
Кто-то робко касается моего плеча,
обволакивает, усердно урча.
Может, это Чеширский кот?
Вот он, близко совсем его рот,
расплывшийся в бесконечной улыбке,
зубастой, наверное, доброй. Всхлипнув,
будто в тумане, ёжусь от колючего страха.
Сердце в пятках, липнет к спине рубаха...
Кот исчезает. Улыбка его повисает на люстре.
Звуки стихают. Становится пусто и грустно.
Я пережил и многое, и многих,
И многому изведал цену я;
Теперь влачусь в одних пределах строгих
Известного размера бытия.
Мой горизонт и сумрачен, и близок,
И с каждым днём всё ближе и темней.
Усталых дум моих полёт стал низок,
И мир души безлюдней и бедней.
Не заношусь вперёд мечтою жадной,
Надежды глас замолк, — и на пути,
Протоптанном действительностью хладной,
Уж новых мне следов не провести.
Как ни тяжёл мне был мой век суровый,
Хоть житницы моей запас и мал,
Но ждать ли мне безумно жатвы новой,
Когда уж снег из зимних туч напал?
По бороздам серпом пожатой пашни
Найдёшь ещё, быть может, жизни след;
Во мне найдёшь, быть может, след вчерашний, —
Но ничего уж завтрашнего нет.
Жизнь разочлась со мной; она не в силах
Мне то отдать, что у меня взяла,
И что земля в глухих своих могилах
Безжалостно навеки погребла.
1837
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
