Но твердо знаю: омертвелый дух никаких форм не создает; работы в области форм бесплодны; «Опыты» Брюсова, в кавычках и без кавычек, — каталог различных способов любви — без любви
в нашей семье во время блокады умерло от голода семь человек и моя бабушка - тоже. мне ваш стих близок и опять погружает в блокадные воспоминания.
это время врезалось в детскую память. я даже однажды написал блокадный рассказ. он есть здесь на моей страничке, называется - "Еда"
Примите мой поклон Вам, как ребенку, пережившему блокаду Ленинграда.
У меня два двоюродных брата тоже дети блокады, им было 3 года и 6 лет. Это наши общие бабушка и дедушка.
С уважением,
Как раз сегодня беседовали с семилетним внуком о блокаде. Оказалось, что у них в первом классе уже говорят об этом. Я была удивлена тому, как все правильно он воспринял. Рассуждал, расспрашивал...А у меня в глазах стояли слезы. Спасибо. Хорошее стихотворение.
Хорошо, что детям рассказывают о таких вещах, ведь нынешнее поколение плохо знает историю.
Спасибо Вам за отзыв, Ирина. И за слёзы...
Марина, хорошее вы стихотворение написали. И эта мысль о их несбывшейся любви к вам... Очень.
Аринушка, большое Вам спасибо!
Спасибо Вам за стих, Марина.За память,которую храните о своих близких.Тоже всегда вспоминаю своих,которых не увидел.Правда они не из Питера,но тоже приняли тяжелую смерть.
Не только ленинградцы пережили тяготы блокады - всем досталось в той войне.
Светлая память всем им...
Спасибо Вам за отзыв!
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Нелегкое дело писательский труд –
Живешь, уподобленный волку.
С начала сезона, как Кассий и Брут,
На Цезаря дрочишь двустволку.
Полжизни копить оглушительный газ,
Кишку надрывая полетом,
Чтоб Цезарю метче впаять промеж глаз,
Когда он парит над болотом.
А что тебе Цезарь – великое ль зло,
Что в плане латыни ему повезло?
Таланту вредит многодневный простой,
Ржавеет умолкшая лира.
Любимец манежа писатель Толстой
Булыжники мечет в Шекспира.
Зато и затмился, и пить перестал –
Спокойнее было Толстому
В немеркнущей славе делить пьедестал
С мадам Харриет Бичер-Стоу.
А много ли было в Шекспире вреда?
Занятные ж пьесы писал иногда.
Пускай в хрестоматиях Цезарь давно,
Читал его каждый заочник.
Но Брут утверждает, что Цезарь – говно,
А Брут – компетентный источник.
В карельском скиту на казенных дровах
Ночует Шекспир с пораженьем в правах.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.