Сверяешься с картой — пора бы увидеть лес.
Наводишь сетку прицела — а вдруг быстрее? —
не веришь увиденному — лес исчез,
будто кем-то приговорён и тобой расстрелян.
Окуляр врастает в слезящийся глаз,
держит мёртвой хваткой — смотри, убивец! —
истончённая пустошь с прожилками теплотрасс,
колыхание хтони. Лишь на десятом отливе —
так петух резким криком рушит морок ночной,
так солнечный луч обращает в пепел ночные тени —
то ли ветер, то ли птица крылом над тобой
взмахнула — оптика вдребезги — и на колени
падает блёклый, в прожилках, берёзовый лист. А лес
угрюмо топчется рядом, замаскирован.
Лес ловит твой взгляд — и бросается наперерез,
и душит тебя в объятиях как родного.
Сначала мать, отец потом
Вернулись в пятьдесят девятый
И заново вселились в дом,
В котором жили мы когда-то.
Все встало на свои места.
Как папиросный дым в трельяже,
Растаяли неправота,
Разлад, и правота, и даже
Такая молодость моя -
Мы будущего вновь не знаем.
Отныне, мертвая семья,
Твой быт и впрямь неприкасаем.
Они совпали наконец
С моею детскою любовью,
Сначала мать, потом отец,
Они подходят к изголовью
Проститься на ночь и спешат
Из детской в смежную, откуда
Шум голосов, застольный чад,
Звон рюмок, и, конечно, Мюда
О чем-то спорит горячо.
И я еще не вышел ростом,
Чтобы под Мюдин гроб плечо
Подставить наспех в девяностом.
Лги, память, безмятежно лги:
Нет очевидцев, я - последний.
Убавь звучание пурги,
Чтоб вольнодумец малолетний
Мог (любознательный юнец!)
С восторгом слышать через стену,
Как хвалит мыслящий отец
Многопартийную систему.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
