Моя жизнь запропала
Там, где меня давно нет,
Где училка нам объясняла,
Как будет хорошо через тридцать лет
В двадцать первом веке
Как будет нам хорошо,
Где у меня был молодой папка,
Аттестат с синей печатью
И на свадьбу белая шляпка
С длинной вуалью,
Найденная среди вещей чердачных
Бабушкой и босоножки со скидкой
Из магазина для новобрачных,
И белое платье,
Сшитое портнихой Натальей
Из того, что было шалью-накидкой
Одной дворянки в девятнадцатом веке,
С крошечной сумочкой вместе
С цветочком и длинным ремнем
И смотрелось на мне хорошо.
Вот там моя жизнь от меня и отстала
Бродит одна в заколдованном месте,
А я брожу в двадцать первом веке.
Так и живем.
Я пил с Мандельштамом на Курской дуге.
Снаряды взрывались и мины.
Он кружку железную жал в кулаке
и плакал цветами Марины.
И к нам Пастернак по окопу скользя,
сказал, подползая на брюхе:
«О, кто тебя, поле, усеял тебя
седыми майорами в брюках?»
...Блиндаж освещался трофейной свечой,
и мы обнялися спросонок.
Пространство качалось и пахло мочой —
не знавшее люльки ребенок.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
