Меняю, меняюсь, отвержен богами
Прикормлен друзьями… дарящими снег
Чужие владенья своими шагами
Пытаюсь измерить в обиде на всех
Скрываю покой, не к чему с ним мирится
Последние сутки лишь мысли строчу
Девчонки, оставьте суровые лица
Топите же снежную сердцем парчу
Да, я подустал, отдохнуть дайте телом
Пусть тело поспит, а душа попоёт
Пока не смогли обвести меня мелом
Пока не в покои… ногами вперед
Как вечный скиталец, болят сильно ноги
А крыльев не дали – их не заслужил
По пыли земной, чтоб до неба в итоге
В пути растрясая смирения жир
Не слушая оных, что деньги не пахнут
Меняю два высших, на нежность сердец
Вот он, мой рубеж, но зачем мажут плаху?
И варят из дерзких надежд холодец?
Карман уже пуст, правду выдала дырка
Но кто же придет, чтобы сжечь мой портрет
А может не надо затворами тыркать?
Здесь плаха для тех, кто собрался на свет
Не должен быть очень несчастным
и, главное, скрытным...
А. Ахматова
Я ждал автобус в городе Иркутске,
пил воду, замурованную в кране,
глотал позеленевшие закуски
в ночи в аэродромном ресторане.
Я пробуждался от авиагрома
и танцевал под гул радиовальса,
потом катил я по аэродрому
и от земли печально отрывался.
И вот летел над облаком атласным,
себя, как прежде, чувствуя бездомным,
твердил, вися над бездною прекрасной:
все дело в одиночестве бездонном.
Не следует настаивать на жизни
страдальческой из горького упрямства.
Чужбина так же сродственна отчизне,
как тупику соседствует пространство.
1962
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
