На вечерней на заре
На поживу мошкаре,
Аки раки, собирались,
Дабы свистнуть на горе,
М со свойственным амбре,
Ж со стрижками каре —
Трактористы и доярки.
Дело было в сентябре.
Сил расходуя запас,
Молодёжь пустилась в пляс.
Вакх играл на балалайке,
На баяне — козопас.
Как положено у нас:
Раз да эх! Да ещё раз!
Пахло потом молодецким,
Действо радовало глаз.
Сбитень — речкой, пыль — столбом...
Лишь залётный агроном
Наблюдал за всем в сторонке,
Думу думая о том,
Что ремонта просит дом,
А с получкою — облом,
Что мечтал он не об этом,
А о светлом и большом.
"Что за фавн меня принёс
В этот долбаный колхоз?!" —
Размышлял, мутнея глазом,
На плетень повесив нос.
Хоть и был не лыком шит,
От нахлынувших обид
Зарыдал он не по-бабьи
Артистично, а навзрыд.
Вдруг из гущи темноты
Невозможной красоты
Вышло Нечто и спросило:
"Милый Дафнис, это ты?"
"Обозвало чёрт-те кем" —
Думал он, как рыба нем,
Но, собравшись духом, молвил:
- Я не Дафнис, а Ефрем.
- Даже думать позабудь!
Кто в тебя вбил эту муть?!
Вижу, не узнал. Я Хлоя
Из космхоза "Млечный путь".
Почему ты мне не рад,
Детства друг, почти что брат?
Нас в одной корзине, в поле
Подобрал пастух Игнат.
Дни летели чередом,
Мы резвились, но потом
Я осталась при Игнате —
Ты отправлен в детский дом.
Если хочешь, слово дам,
Что по сёлам, городам,
Под землёй тебя искала.
И нашла, хвала богам!
Вдруг из местных обормот
Завопил: "Честной народ,
Нечисть тютю агронома
Взять решила в оборот!
Мы добры, но до поры.
Место ведьме — вне игры!
Разбирай, ребята, колья,
Кочерёжки, топоры!"
- Удивляюсь, что за мир?!
Корчит воина сатир.
Милый Дафнис, на дорожку
Выпей этот эликсир.
Выпил? Славно, дорогой.
Побежали! Хочешь — пой:
Хорошо, что есть на свете
Это счастье — путь домой.
С шага перейдя на рысь,
С горки к речке понеслись,
От обрыва оттолкнувшись,
Взмыли в облачную высь.
Мужиков остыл кураж.
Большинство присело аж,
Оценив невыразимо-
Безупречный пилотаж.
Председатель Фрол Кузьмич
Произнёс прощальный спич:
— Взвейся соколом, орлёнок!
Пусть я жмот и старый хрыч,
Пожелать тебе не в лом,
Чтоб сложилось всё пучком.
В общем, семь невзгод под килем,
Семь парсеков под крылом!
Всем, кто против, зуб я дам —
Не чета Ефремка нам.
Хватит, дурни, зенки пялить.
Расходитесь по домам!
Минул месяц с той поры.
Из кротовой из норы
Хлоя с Дафнисом проникли
В параллельные миры.
Месяц май там круглый год,
Бед не ведает народ,
Мимо берегов кисельных
Молоко течёт и мёд.
Каждый здешний индивид
Телом свеж и духом сыт.
Ну а если станет скучно,
Туркомпания "Аид",
Модной следуя волне,
Местным и гостям извне —
Всем путёвки предоставит
По приемлемой цене.
Время — странная река!
День у них для нас — века.
Ждать не стоит нам обратно
Хлою с Дафнисом пока.
Им желая долгих лет,
Выдам вам ещё секрет:
Кто-то третий и не лишний
Скоро явится на свет.
Закругляюсь — нету сил.
Я там был, мёд, пиво пил.
Если подойдёт белинский,
Передайте — сам дебил.
Вот такая пастораль.
Кто-то скажет:" Автор — враль!
Как на эту писанину
Сил и времени не жаль?!"
Закалённый, словно сталь,
Прочь гоню тугу-печаль.
Орден Бродскому оставьте —
Я согласен на медаль.
На прощанье - ни звука.
Граммофон за стеной.
В этом мире разлука -
лишь прообраз иной.
Ибо врозь, а не подле
мало веки смежать
вплоть до смерти. И после
нам не вместе лежать.
II
Кто бы ни был виновен,
но, идя на правЈж,
воздаяния вровень
с невиновными ждешь.
Тем верней расстаемся,
что имеем в виду,
что в Раю не сойдемся,
не столкнемся в Аду.
III
Как подзол раздирает
бороздою соха,
правота разделяет
беспощадней греха.
Не вина, но оплошность
разбивает стекло.
Что скорбеть, расколовшись,
что вино утекло?
IV
Чем тесней единенье,
тем кромешней разрыв.
Не спасет затемненья
ни рапид, ни наплыв.
В нашей твердости толка
больше нету. В чести -
одаренность осколка
жизнь сосуда вести.
V
Наполняйся же хмелем,
осушайся до дна.
Только емкость поделим,
но не крепость вина.
Да и я не загублен,
даже ежели впредь,
кроме сходства зазубрин,
общих черт не узреть.
VI
Нет деленья на чуждых.
Есть граница стыда
в виде разницы в чувствах
при словце "никогда".
Так скорбим, но хороним,
переходим к делам,
чтобы смерть, как синоним,
разделить пополам.
VII
...
VIII
Невозможность свиданья
превращает страну
в вариант мирозданья,
хоть она в ширину,
завидущая к славе,
не уступит любой
залетейской державе;
превзойдет голытьбой.
IX
...
X
Что ж без пользы неволишь
уничтожить следы?
Эти строки всего лишь
подголосок беды.
Обрастание сплетней
подтверждает к тому ж:
расставанье заметней,
чем слияние душ.
XI
И, чтоб гончим не выдал
- ни моим, ни твоим -
адрес мой храпоидол
или твой - херувим,
на прощанье - ни звука;
только хор Аонид.
Так посмертная мука
и при жизни саднит.
1968
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
