Ну что, друзья мои,
опять в Эйлате я!
Экклезиаста тут задумал Соломон.
Меня зовёт сюда к нему эмпатия.
Бывал частенько здесь Давидов сын...
Кам он!
Я к вам с душой, поведать про высокое,
а вы: «Не может связи между вами быть.
Ты даже не еврей!» Как однобоки вы!
Ментально нас соединяющая нить
крепчает в Тель-Халифе. Иедидиа
с гаремом жён и сонмом их чужих богов
порокам сдался, превратив в трагедию
всю жизнь свою. И так страдал, что нету слов!
«Пройдёт и это!» Гравировка мудрая
бальзамом на душу — вот, старый, начудил!
Виски припорошило белой пудрою,
в ней пеплом растворился Яхве данный пыл.
Не плачь! Ты чтим великими деяньями,
которые начальный знаменуют путь.
Их не утопишь в страсти возлияньями!
Храм был построен! В этом праведная суть!
...
А?
Что?
Читал псаломы Соломоновы?
«От множества мечтаний много тщетных слов».
Со мной бывает...
Жарко! День тяжёлый был.
Пригрезились фрагменты позабытых снов.
По рыбам, по звездам
Проносит шаланду:
Три грека в Одессу
Везут контрабанду.
На правом борту,
Что над пропастью вырос:
Янаки, Ставраки,
Папа Сатырос.
А ветер как гикнет,
Как мимо просвищет,
Как двинет барашком
Под звонкое днище,
Чтоб гвозди звенели,
Чтоб мачта гудела:
"Доброе дело! Хорошее дело!"
Чтоб звезды обрызгали
Груду наживы:
Коньяк, чулки
И презервативы...
Двенадцатый час -
Осторожное время.
Три пограничника,
Ветер и темень.
Три пограничника,
Шестеро глаз -
Шестеро глаз
Да моторный баркас...
Три пограничника!
Вор на дозоре!
Бросьте баркас
В басурманское море,
Чтобы вода
Под кормой загудела:
"Доброе дело!
Хорошее дело!"
Чтобы по трубам,
В ребра и винт,
Виттовой пляской
Двинул бензин.
Вот так бы и мне
В налетающей тьме
Усы раздувать,
Развалясь на корме,
Да видеть звезду
Над бугшпритом склоненным,
Да голос ломать
Черноморским жаргоном,
Да слушать сквозь ветер,
Холодный и горький,
Мотора дозорного
Скороговорки!
Иль правильней, может,
Сжимая наган,
За вором следить,
Уходящим в туман...
Да ветер почуять,
Скользящий по жилам,
Вослед парусам,
Что летят по светилам...
И вдруг неожиданно
Встретить во тьме
Усатого грека
На черной корме...
Так бей же по жилам,
Кидайся в края,
Бездомная молодость,
Ярость моя!
Чтоб звездами сыпалась
Кровь человечья,
Чтоб выстрелом рваться
Вселенной навстречу,
Чтоб волн запевал
Оголтелый народ,
Чтоб злобная песня
Коверкала рот,-
И петь, задыхаясь,
На страшном просторе:
"Ай, Черное море,
Хорошее море..!"
1927
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
