Я выдумал вас… о любимая донна
Из юности образ оставив под кожей
Вчера рисовал, как вы смотрите томно
И я вам в глаза поглядел долго, тоже
Я выдумал вас, но когда-то мы были
Возможно, что нравились даже друг - другу
Всё это в былом, под большим слоем пыли
Я выдумал вас, я мечте пОдал руку
Тогда – жизнь была, а теперь, откровенья
Быть может, я б сделал шаг робкий навстречу
О донна, на чай, напросившись, с вареньем
Сидел бы и слушал, не противореча
О фея моя… нам пора заниматься
Безликим трудом, нет, чтоб рваться навстречу
Сейчас сколько вам? Как всегда, восемнадцать!
В мечтах ваши, глажу я, шею и плечи
О донна моя, хватит мыслями клацать
Вы только мой сон, с тонкой жилкой соблазна
Почти как тогда, когда нам по семнадцать
И мы шли по жизни наивно и праздно
О фея моя, вас придумал, чтоб выжить
Под небом бесстыжим, среди лживой лести
О донна моя, нам бы, как можно выше
Взлететь к небесам по весне, только вместе
Зверинец коммунальный вымер.
Но в семь утра на кухню в бигуди
Выходит тетя Женя и Владимир
Иванович с русалкой на груди.
Почесывая рыжие подмышки,
Вития замороченной жене
Отцеживает свысока излишки
Премудрости газетной. В стороне
Спросонья чистит мелкую картошку
Океанолог Эрик Ажажа -
Он только из Борнео.
Понемножку
Многоголосый гомон этажа
Восходит к поднебесью, чтобы через
Лет двадцать разродиться наконец,
Заполонить мне музыкою череп
И сердце озадачить.
Мой отец,
Железом завалив полкоридора,
Мне чинит двухколесный в том углу,
Где тримушки рассеянного Тёра
Шуршали всю ангину. На полу -
Ключи, колеса, гайки. Это было,
Поэтому мне мило даже мыло
С налипшим волосом...
У нас всего
В избытке: фальши, сплетен, древесины,
Разлуки, канцтоваров. Много хуже
Со счастьем, вроде проще апельсина,
Ан нет его. Есть мненье, что его
Нет вообще, ах, вот оно в чем дело.
Давай живи, смотри не умирай.
Распахнут настежь том прекрасной прозы,
Вовеки не написанной тобой.
Толпою придорожные березы
Бегут и опрокинутой толпой
Стремглав уходят в зеркало вагона.
С утра в ушах стоит галдеж ворон.
С локомотивом мокрая ворона
Тягается, и головной вагон
Теряется в неведомых пределах.
Дожить до оглавления, до белых
Мух осени. В начале букваря
Отец бежит вдоль изгороди сада
Вслед за велосипедом, чтобы чадо
Не сверзилось на гравий пустыря.
Сдается мне, я старюсь. Попугаев
И без меня хватает. Стыдно мне
Мусолить малолетство, пусть Катаев,
Засахаренный в старческой слюне,
Сюсюкает. Дались мне эти черти
С ободранных обоев или слизни
На дачном частоколе, но гудит
Там, за спиной, такая пропасть смерти,
Которая посередине жизни
Уже в глаза внимательно глядит.
1981
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
