Я чист и свеж, да только понарошку
Из многоточий вырывая сорняки
Ем хлеб потерь, хлебая снов окрошку
Сплю под шинелью, не снимая башмаки
Теперь я горд, что плещется в стакане
Апрельский дождь, в себя собравший неба синь
Запить им яд, да заплутать в тумане
Произнося «Мой Светлый Боже» и «Аминь»
Стряхнув рукой, злой занавес от пыли
Определив координаты трёх богинь
И всех ветров, что здесь до-жизни были
Уйду один, хотя пришел я не один
Так горек яд. Ну, хватит. Где же кружка?
Ещё раз выпью, только в долг мне не давай
Впитает слёзы… верная подушка
И поутру, блевать, раз не пустили в рай
Всё отрицать, как водится у робких
Создав иллюзию, что стал счастливей всех
На эшафот, сквозь ненависть и пробки
Сжигая литры, чтоб опять простили грех
Телепортация из жизни в безрассудство
Под бесконтактный метод знатной болтовни
Блаженство духа, пряча за распутство
Чтобы раздуть огонь из тухлой головни
Казалось, внутри поперхнётся вот-вот
и так ОТК проскочивший завод,
но ангел стоял над моей головой.
И я оставался живой.
На тысячу ватт замыкало ампер,
но ангельский голос не то чтобы пел,
не то чтоб молился, но в тёмный провал
на воздух по имени звал.
Всё золото Праги и весь чуингам
Манхэттена бросить к прекрасным ногам
я клялся, но ангел планиды моей
как друг отсоветовал ей.
И ноги поджал к подбородку зверёк,
как требовал знающий вдоль-поперёк-
«за так пожалей и о клятвах забудь».
И оберег бился о грудь.
И здесь, в январе, отрицающем год
минувший, не вспомнить на стуле колгот,
бутылки за шкафом, еды на полу,
мочала, прости, на колу.
Зажги сигаретку да пепел стряхни,
по средам кино, по субботам стряпни,
упрёка, зачем так набрался вчера,
прощенья, и etc. -
не будет. И ангел, стараясь развлечь,
заводит шарманку про русскую речь,
вот это, мол, вещь. И приносит стило.
И пыль обдувает с него.
Ты дым выдыхаешь-вдыхаешь, губя
некрепкую плоть, а как спросят тебя
насмешник Мефодий и умник Кирилл:
«И много же ты накурил?»
И мене и текел всему упарсин.
И стрелочник Иов допёк, упросил,
чтоб вашему брату в потёмках шептать
«вернётся, вернётся опять».
На чудо положимся, бросим чудить,
как дети, каракули сядем чертить.
Глядишь, из прилежных кружков и штрихов
проглянет изнанка стихов.
Глядишь, заработает в горле кадык,
начнёт к языку подбираться впритык.
А рот, разлепившийся на две губы,
прощенья просить у судьбы...
1993
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
