* * *
Глубины мчащейся Вселенной
Покрыты тайной сокровенной:
Её мы видим изнутри,
Её мы дети – не цари.
Мир узок наш и ограничен,
Но нам расклад такой привычен:
Была бы неба синева,
Шум леса, моря и трава,
Любовь, друзья, напиток пенный –
Ну, в общем, просто мир наш бренный.
Наш добрый, старый Млечный Путь,
Пускай летит куда-нибудь.
* * *
Всё в мире полно скрытого значенья:
Оно зарыто в дебрях языка,
Во времени незримого теченья,
В том, как стремглав проносятся века.
И в том, что к прошлой жизни нет возврата,
Что невозможно жизнь прожить опять,
Но, может быть, когда-нибудь, когда-то,
Сокрытое вернётся явью стать.
* * *
Прошлое охватывая взглядом,
Вспоминая груду всяких дел,
Всё, что было, не поставишь рядом –
Что-то в жизни сделал, как сумел.
Наша жизнь расставляет вехи:
Этот день – пустой, а этот час
Может связь времен скрепит навеки,
Сделавшись счастливейшим для нас.
* * *
Из неживого, как из клетки,
В седьмой возникнув День Творенья,
Распространились наши предки
По всей Земле, как наважденье.
Весь мир пред ними был расстелен,
Склонился, обратился в прах,
Возможно, сам Господь растерян,
Зачем с людьми Он создал страх.
Зачем на всей планете люди,
Своё всевластье укрепив,
Лишь по себе о мире судят,
Лишь о себе слагают миф.
Но неустойчив мир, непрочен,
Песчинка он вселенских вьюг.
Один удар – и мир наш в клочья,
Лишь бездна звёздная вокруг.
Зима. Что делать нам в деревне? Я встречаю
Слугу, несущего мне утром чашку чаю,
Вопросами: тепло ль? утихла ли метель?
Пороша есть иль нет? и можно ли постель
Покинуть для седла, иль лучше до обеда
Возиться с старыми журналами соседа?
Пороша. Мы встаем, и тотчас на коня,
И рысью по полю при первом свете дня;
Арапники в руках, собаки вслед за нами;
Глядим на бледный снег прилежными глазами;
Кружимся, рыскаем и поздней уж порой,
Двух зайцев протравив, являемся домой.
Куда как весело! Вот вечер: вьюга воет;
Свеча темно горит; стесняясь, сердце ноет;
По капле, медленно глотаю скуки яд.
Читать хочу; глаза над буквами скользят,
А мысли далеко... Я книгу закрываю;
Беру перо, сижу; насильно вырываю
У музы дремлющей несвязные слова.
Ко звуку звук нейдет... Теряю все права
Над рифмой, над моей прислужницею странной:
Стих вяло тянется, холодный и туманный.
Усталый, с лирою я прекращаю спор,
Иду в гостиную; там слышу разговор
О близких выборах, о сахарном заводе;
Хозяйка хмурится в подобие погоде,
Стальными спицами проворно шевеля,
Иль про червонного гадает короля.
Тоска! Так день за днем идет в уединеньи!
Но если под вечер в печальное селенье,
Когда за шашками сижу я в уголке,
Приедет издали в кибитке иль возке
Нежданая семья: старушка, две девицы
(Две белокурые, две стройные сестрицы),-
Как оживляется глухая сторона!
Как жизнь, о боже мой, становится полна!
Сначала косвенно-внимательные взоры,
Потом слов несколько, потом и разговоры,
А там и дружный смех, и песни вечерком,
И вальсы резвые, и шопот за столом,
И взоры томные, и ветреные речи,
На узкой лестнице замедленные встречи;
И дева в сумерки выходит на крыльцо:
Открыты шея, грудь, и вьюга ей в лицо!
Но бури севера не вредны русской розе.
Как жарко поцелуй пылает на морозе!
Как дева русская свежа в пыли снегов!
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
