Дали пожизненное мозговому субстрату.
В тюрьмах таких никаких нет гарантий для воли.
Кто же, скажите, охрану туда набирает,
В эти мои все височные, лобные доли?
Где та комиссия к допуску всяких нейронов?
Синапса связи всегда ли проходят проверку?
Где медиаторы, или хотя бы ионы?
Кто проводил их количества нужную сверку?
Может во мне не хватает допустим дендрита,
Серотонина, пурина, да адреналина,
И дофамина, а вот ещё вспомнил - пептида?
Может избыток во мне тормозного глицина?
Что там творит медиатор, а с ним модулятор?
Что от везикулы ждать предстоит плазмалемме?
Вот бы побольше мне шипиковых аппаратов,
Наверняка мозг бы вышел с тюремной мигрени.
-
Сергей Прилуцкий, Алатырь, 2016
Я мечтал подружиться с совой, но, увы,
Никогда я на воле не видел совы,
Не сходя с городской карусели.
И хоть память моя оплыла, как свеча,
Я запомнил, что ходики в виде сыча
Над столом моим в детстве висели.
Я пытался мышам навязаться в друзья,
Я к ним в гости, как равный, ходил без ружья,
Но хозяева были в отъезде,
И, когда я в ангине лежал, не дыша,
Мне совали в постель надувного мыша
Со свистком в неожиданном месте.
Я ходил в зоопарк посмотреть на зверей,
Застывал истуканом у дачных дверей,
Где сороки в потемках трещали,
Но из летнего леса мне хмурилась вновь
Деревянная жизнь, порошковая кровь,
Бесполезная дружба с вещами.
Отвинчу я усталую голову прочь,
Побросаю колесики в дачную ночь
И свистульку из задницы выну,
Чтоб шептали мне мыши живые слова,
Чтоб военную песню мне пела сова,
Как большому, но глупому сыну.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
