Улица Красный Лог обветшала,
И дома похожи на домовины,
И спуск к ней безлюден, и кошек мало -
Да их совсем здесь, гляжу, не видно!..
А Лог-то Красный, а красных тю-тю
И кто теперь помнит, что здесь, в низине,
Расстрел людей был, зверский до жути,
Как в кровИ и теперь все ветки калины.
Чем закончить, какой здесь следует вывод,
А такой, что убили людишек зря-тко,
Как и раньше после дождя здесь лывы,
Да свет с тенью вечно играют в прятки...
Москва бодала местом Лобным,
играючи, не насовсем,
с учётом точным и подробным
педагогических систем.
Москва кормила до отвала
по пионерским лагерям,
с опекою не приставала,
и слово трудное ге-рон-
то-кратия — не знали, зрели,
росли, валяли дурака.
Пройдёшься по сентябрьской прели -
глядишь, придумалась строка.
Непроизвольно, так, от сердца.
Но мир сердечный замутнён
на сутки даденного ксерокса
прикосновением времён.
Опережая на три года
всех неформалов ВКШ,
одну трагедию народа
постигла юная душа.
А нынче что же — руки в брюки,
гуляю, блин, по сентябрю,
ловлю пронзительные звуки
и мысленно благодарю.
1988
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
