* * *
Свежа в нас память ощущений,
Когда нам душу бередят
Несовместимость наших мнений
С тем, что другой увидит взгляд.
Но этот дух противоречий,
Невыносимый так подчас,
Возможно, может стать предтечей
Переворота мыслей в нас.
И, может статься, не забвенье
Для спора нашего удел,
А взглядов переосмысленье,
И провозвестье новых дел.
* * *
Когда подходят жизни сроки,
Хоть много нас, - мы одиноки,
Предстанут перед Богом, там
Не вместе все, а каждый сам.
Своей особою тропою
Нам предначертано судьбою
Пройти последний склон пути,
Чтоб в мир невидимый сойти.
* * *
«Всё суета сует»,- сказал Экклезиаст,
Добавив к этому, что всё томленье духа.
Для всех, для низших и высоких каст
Удел - лелеять собственное брюхо.
Все изыски, весь философский бред,
Ума игра, ценителей забава
Несут природе человека вред,
Но человек на всё имеет право.
Он может смысл видеть в суете,
В сплошном круговороте циклов жизни,
В богатстве, в праздности, в бессмыслице, в мечте
И даже в Бога гневной укоризне.
Нет никакой под солнцем новизны,
Приходят поколенья и уходят,
Несчастья и успехи – только сны,
Их череда не в нас, она в природе.
Нам смертным план природы не постичь,
Она одна всех нитей жизни пряха.
И, как бы не стремились мы ловчить,
Мы возвратимся в прах и вышли все из праха.
Из пасти льва
струя не журчит и не слышно рыка.
Гиацинты цветут. Ни свистка, ни крика,
никаких голосов. Неподвижна листва.
И чужда обстановка сия для столь грозного лика,
и нова.
Пересохли уста,
и гортань проржавела: металл не вечен.
Просто кем-нибудь наглухо кран заверчен,
хоронящийся в кущах, в конце хвоста,
и крапива опутала вентиль. Спускается вечер;
из куста
сонм теней
выбегает к фонтану, как львы из чащи.
Окружают сородича, спящего в центре чаши,
перепрыгнув барьер, начинают носиться в ней,
лижут морду и лапы вождя своего. И, чем чаще,
тем темней
грозный облик. И вот
наконец он сливается с ними и резко
оживает и прыгает вниз. И все общество резво
убегает во тьму. Небосвод
прячет звезды за тучу, и мыслящий трезво
назовет
похищенье вождя -
так как первые капли блестят на скамейке -
назовет похищенье вождя приближеньем дождя.
Дождь спускает на землю косые линейки,
строя в воздухе сеть или клетку для львиной семейки
без узла и гвоздя.
Теплый
дождь
моросит.
Как и льву, им гортань
не остудишь.
Ты не будешь любим и забыт не будешь.
И тебя в поздний час из земли воскресит,
если чудищем был ты, компания чудищ.
Разгласит
твой побег
дождь и снег.
И, не склонный к простуде,
все равно ты вернешься в сей мир на ночлег.
Ибо нет одиночества больше, чем память о чуде.
Так в тюрьму возвращаются в ней побывавшие люди
и голубки - в ковчег.
1967
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
