Весна. Гроза.
И солнца нет.
Наверное, так солнцу надо.
Другим краям вновь шлёт привет.
Другие греет автострады.
С верблюдом бренный бедуин
В тени таясь, играет в нарды,
И нависает паланкин
над ним, для пущего азарту.
Моряк в Норвегии, баркас,
Палящий зной и пыл Гольфстрима.
Ждёт он дождя, сдержав сарказм.
Вот только тучи едут мимо.
А тучи рвутся на Урал,
К себе домой, в Гиперборею.
За ливнем – дождь, за градом шквал.
В окно, смеясь, смотрю, фигею.
И выбежав скорей во двор,
Я небу подставляю руки!
Гррром грррянул!
Молодость, хардкор
И в тон им - сердца перестуки.
Расправят крылья облака.
А молнии начертят руны.
Жара придёт. Ну а пока –
Гррррохочет гррром,
Славит Перрруна…
Нас тихо сживает со света
и ласково сводит с ума
покладистых - музыка эта,
строптивых - музыка сама.
Ну чем, как не этим, в Париже
заняться - сгореть изнутри?
Цыганское "по-го-во-ри-же"
вот так по слогам повтори.
И произнесённое трижды
на север, на ветер, навзрыд -
оно не обманет. Поди ж ты,
горит. Как солома горит!
Поехали, сено-солома,
листва на бульварном кольце...
И запахом мяса сырого
дымок отзовётся в конце.
А музыка ахнет гитаркой,
пускаясь наперегонки,
слабея и делаясь яркой,
как в поле ночном огоньки.
1995
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
