Весна. Гроза.
И солнца нет.
Наверное, так солнцу надо.
Другим краям вновь шлёт привет.
Другие греет автострады.
С верблюдом бренный бедуин
В тени таясь, играет в нарды,
И нависает паланкин
над ним, для пущего азарту.
Моряк в Норвегии, баркас,
Палящий зной и пыл Гольфстрима.
Ждёт он дождя, сдержав сарказм.
Вот только тучи едут мимо.
А тучи рвутся на Урал,
К себе домой, в Гиперборею.
За ливнем – дождь, за градом шквал.
В окно, смеясь, смотрю, фигею.
И выбежав скорей во двор,
Я небу подставляю руки!
Гррром грррянул!
Молодость, хардкор
И в тон им - сердца перестуки.
Расправят крылья облака.
А молнии начертят руны.
Жара придёт. Ну а пока –
Гррррохочет гррром,
Славит Перрруна…
Углем наметил на левом боку
Место, куда стрелять,
Чтоб выпустить птицу — мою тоску
В пустынную ночь опять.
Милый! не дрогнет твоя рука.
И мне недолго терпеть.
Вылетит птица — моя тоска,
Сядет на ветку и станет петь.
Чтоб тот, кто спокоен в своем дому,
Раскрывши окно, сказал:
«Голос знакомый, а слов не пойму» —
И опустил глаза.
31 января 1914,
Петербург
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
