Проходила мимо, посмотрела,
Обернулась черною вороной.
Ни прибытка вроде, ни урона –
Обернулась птицей, улетела.
Ни о чем таком не говорила,
Ничего как будто не хотела.
Только вдруг воронья эта сила
И крылом, и бездною задела.
Где-то в небе стало птицей больше –
И стоишь под небом небывалым,
Две ладони складывая в ковшик,
Только небо под ноги упало.
И звенит пронзительней и тоньше
Тетива натянутою жилой.
Ей бы песней – песня бы убила…
Ей струною – порвалась струна бы…
Георгины
Покуда утро разливало
Под окна долгие дожди,
И вся садовая дышала
Сирень о счастье впереди –
Цыганам верилось нетрудно,
Катилось лето колесом
С цветком в карманчике нагрудном
На обещании одном.
Смешно, но все и так, и то же:
Вода и дачные цветы.
Но первый лист в ломбард заложен
Из ненадежных золотых.
Немного лишней фурнитуры –
А георгин горит огнем,
А уходящая натура
Блестит слезами под дождем.
Гости
К нам приезжают печальные гости
В шелковых блузах шафрана и охры
Комнаты пахнут сырою постелью
Летним забытым на плечиках счастьем
От дальнозоркости вымытых окон
Гости болеют мигренью и сплином
Необратимо губной лихорадкой
Блюзом последнего землекруженья
Где же наш ключ я закрою их в доме
С дождевиками на каменных стенах
Я буду слышать шаги по ступеням
Я буду слушать их неприкасанья
Окна захлопнут прозрачные веки
Музыка музыка под листопадом
Ветер кидает по крыше каштаны
Желтую розу на туче катая
Пусть никого не окажется подле
Пусть ничего не останется после
Лишь соскользнувшая змейка с запястья
Спрячется в шорохе сброшенных листьев
Это было только метро кольцо,
это «о» сквозное польстит кольцу,
это было близко твоё лицо
к моему в темноте лицу.
Это был какой-то неровный стык.
Это был какой-то дуги изгиб.
Свет погас в вагоне — и я постиг —
свет опять зажёгся — что я погиб.
Я погибель в щёку поцеловал,
я хотел и в губы, но свет зажгли,
как пересчитали по головам
и одну пропащую не нашли.
И меня носило, что твой листок,
насыпало полные горсти лет,
я бросал картинно лета в поток,
как окурки фирменных сигарет.
Я не знал всей правды, сто тысяч правд
я слыхал, но что им до правды всей...
И не видел Бога. Как космонавт.
Только говорил с Ним. Как Моисей.
Нет на белом свете букета роз
ничего прекрасней и нет пошлей.
По другим подсчётам — родных берёз
и сиротской влаги в глазах полей.
«Ты содержишь градус, но ты — духи,
утирает Правда рабочий рот. —
Если пригодились твои стихи,
не жалей, что как-то наоборот...»
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
