В таверне сидел рыжий Патрик О Нил.
О Нил себя эля покрепче налил.
Он топал ботинком, он песню орал.
Про берег ирландский, про шторм и штурвал.
И вскоре О Нила штормило опять.
Ушёл наш О Нил приключений искать.
Славный Патрик!
И вот он идёт вдоль зелёных холмов.
Где фейри и баньши - властители снов.
И хмель исчезает, ползёт в душу страх.
Он деву нагую увидел в слезах.
Каскад рыжих кудрей! И - зеленью глаз
Девица сверкнула в полуночный час.
Кранты, по ходу, Патрику.
Но Патрик в затменьи к девице идёт.
И длань свою нежно на грудь ей кладёт.
- Станцуем, родная, ты, право, мила!
Но блеск острых зуб вдруг ответом. Дела...
И цепкие когти хвать горло гуляки,
Сгущается тьма. Дружно воют собаки.
Ну, а вы что хотели?
На утро в храм божий пришло вдруг письмо.
Точнее его кто-то сунул в окно.
И старый священник, крестясь, трепеща,
Письмо развернул, на удел свой ропща.
В письме он такие увидел слова:
"Пропал ваш О Нил, ваш сорви-голова!
Чужую О Нил переписку читал.
Он был любопытен. Печален финал.
Он думал, во мгле не видать ничего!
Но малый народец достал всё ж его..."
Неудачник. Поляк и истерик,
Он проводит бессонную ночь,
Долго бреется, пялится в телик
И насилует школьницу-дочь.
В ванной зеркало и отраженье:
Бледный, длинный, трясущийся, взяв
Дамский бабкин на вооруженье,
Собирается делать пиф-паф.
И - осечка случается в ванной.
А какое-то время спустя,
На артистку в Москву эта Анна
Приезжает учиться, дитя.
Сердцеед желторотый, сжимаю
В кулаке огнестрельный сюрприз.
Это символ? Я так понимаю?
Пять? Зарядов? Вы льстите мне, мисс!
А потом появляется Валя,
Через месяц, как Оля ушла.
А с течением времени Галя,
Обронив десять шпилек, пришла.
Расплевался с единственной Людой
И в кромешный шагнул коридор,
Громыхая пустою посудой.
И ушел, и иду до сих пор.
Много нервов и лунного света,
Вздора юного. Тошно мне, бес.
Любо-дорого в зрелые лета
Злиться, пить, не любить поэтесс.
Подбивает иной Мефистофель,
Озираясь на жизненный путь,
С табурета наглядный картофель
По-чапаевски властно смахнуть.
Где? Когда? Из каких подворотен?
На каком перекрестке любви
Сильным ветром задул страх Господен?
Вон она, твоя шляпа, лови!
У кого это самое больше,
Как бишь там, опереточный пан?
Ангел, Аня, исчадие Польши,
Веселит меня твой талисман.
Я родился в год смерти Лолиты,
И написано мне на роду
Раз в году воскрешать деловито
Наши шалости в адском саду.
"Тусклый огнь", шерстяные рейтузы,
Вечный страх, что без стука войдут...
Так и есть - заявляется Муза,
Эта старая блядь тут как тут.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
