Свинцовой раскалённой каплей луна прожгла завесу ночи,
гроза грохочет вдалеке.
Сова хохочет.
Выкручивает ветер сосны, дождём стучится в дверь тугую,
моргают ставнями дома.
Опять не сплю я.
Колючие шальные мысли ежами топчутся в прихожей –
лениво-сонного ума –
и строят рожи.
Не испугавшись, равнодушно, своим кошмарам улыбнулась,
летучей мыши чернота
меня коснулась.
Всё тише мир и ярче звёзды, рассвет улёгся на пороге
и ждёт, что солнце позовёт
в свои чертоги.
Мне день не мил, я в нём скучаю: горланят люди, звери, птицы,
прикрыв глаза на них гляжу
через ресницы.
Вдруг от пощёчины проснулась высокомерного светила,
ожог пылает на щеке –
за что, Ярило?
народ на пляже как на блюде, кипят морским бульоном волны,
раскрыты пинии-зонты –
июльский полдень.
Когда снег заметает море и скрип сосны
оставляет в воздухе след глубже, чем санный полоз,
до какой синевы могут дойти глаза? до какой тишины
может упасть безучастный голос?
Пропадая без вести из виду, мир вовне
сводит счеты с лицом, как с заложником Мамелюка.
…так моллюск фосфоресцирует на океанском дне,
так молчанье в себя вбирает всю скорость звука,
так довольно спички, чтобы разжечь плиту,
так стенные часы, сердцебиенью вторя,
остановившись по эту, продолжают идти по ту
сторону моря.
1975
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
