Солнца нет, но вы держитесь:
Зябко кутаясь в пальто,
Мельтешит куда-то житель.
Будто знает житель что.
Будто топая по лужам
Он приблизит дивный миг.
Он пристыженно простужен.
Прыг! Пропал и вновь возник.
Домоседам день под пледом.
Домочадцам быта чад.
Холодильники проведать.
В пляс с морковкой ча-ча-ча.
Разрезают тьму трамваи,
Мокрых рельсов параллель.
Летов из окна играет.
Лета нету, Летов-цель.
Отлетело, отшумело
И упало за комод.
Треск в камине – это дело!
Резюмирую – и вот:
Всё приходит и уходит,
И октябрь не вечен, знай:
Вот пройдёт полгода, вроде
Обещают мир и май.
Обычно мне хватает трёх ударов.
Второй всегда по пальцу, бляха-муха,
а первый и последний по гвоздю.
Я знаю жизнь. Теперь ему висеть
на этой даче до скончанья века,
коробиться от сырости, желтеть
от солнечных лучей и через год,
просроченному, сделаться причиной
неоднократных недоразумений,
смешных или печальных, с водевильным
оттенком.
Снять к чертям — и на растопку!
Но у кого поднимется рука?
А старое приспособленье для
учёта дней себя ещё покажет
и время уместит на острие
мгновения.
Какой-то здешний внук,
в летах, небритый, с сухостью во рту,
в каком-нибудь две тысячи весёлом
году придёт со спутницей в музей
(для галочки, Европа, как-никак).
Я знаю жизнь: музей с похмелья — мука,
осмотр шедевров через не могу.
И вдруг он замечает, бляха-муха,
охотников. Тех самых. На снегу.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
