Вышел сибирский поэтический альманах-навигатор Союза российских писателей "ПАРОВОЗЪ". Я в четвёртом вагоне. Выражаю благодарность Веронике Шелленберг,которая повлияла на составление подборки.Правда,саму публикацию пока не видел - книга в пути.
* * *
Все выживет, что смысла не имеет,
А что познало форму – разрушимо!
Бессмыслица – вот двигатель прогресса,
Грядущему опора и подмога!
Все сгинет, что реальных очертаний
Под муками рождения добилось.
Лишь движимый любовным состраданьем
Невидимо для видимых творит.
Спасется все, что форму отрицает!
Гармония – в отсутствии начала!
И кто об этом до сих пор не знает,
Тому полезно будет помолчать.
Бессмертно все, что формы не имеет!
Бессмертному не надобно рождаться!
Бессмертному достаточно не жить!
***
И оправдывались людишки,
убеждённые мыслью одной:
– Мы всего лишь пылинки
в божьей горсти.
А Господь смотрел с вышины
и качал головой:
– До пылинок в моей ладони
вам ещё предстоит дорасти!
***
Время повзрослело
И отправилось путешествовать
Верхом на яблоне
По временам года:
То прошелестит молодым листочком,
То упадет оземь плодом созревшим,
То зависнет под луной
Снежной шапкой, отражая небо,
А то замрёт сухостоем-
Поводырём для ветра…
Иногда, как Господь Бог,
Заснёт в жаркий день
Плодоношения в тени кроны,
С любопытством наблюдая
Как целуются двое
Под вечно цветущим
Деревом-путешественником…
МОЯ СОЦСРЕДА
Призрак недостатка
Бродит по России…
Евгений Брайчук
______________________
Я живу среди людей,
которых не волнует
падение акций на бирже
ценных бумаг, а также
не беспокоит рост цен
но они вздрагивают и поеживаются,
когда слышат от диктора московского
радио об очередном неурожае картофеля
и неуклонном повышении стоимости
булки черного хлеба... Только при этих
цифрах у людей, среди которых
я продолжаю жить, сжимается сердце,
а душа уходит в пятки,
где от долгого хождения
за хлебом насущным ее
растаптывают в кровь.
ГОЛОС ЖЕНЫ
памяти Ирины
Свари себе суп. Накорми кота. Постирай рубашки.
Помой полы и протри пыль.
Заправь постель. Почисти ботинки. Выйди на улицу.
Милый, не сиди сложа руки, делай же что-нибудь, –
каждый день подаю себе команды
голосом умершей жены.
БИОГРАФИЯ ДЕРЕВА
- Расскажи о себе,- попросил я состарившееся под окном дерево.
- Да что рассказывать… вся жизнь связана с тобой.
Давным-давно маленьким мальчиком
детской лопаткой ты выкопал крохотную ямку и
бросил в неё косточку абрикоса,
который только что с аппетитом съел.
- Ничего не вырастет,- скептически заметила твоя мама.
- Буду поливать,- возразил ты.
И я проросло.
Весной и летом ты ухаживал за мной, а
когда выпал первый снег - ты укутал меня в его плащаницу.
С тех пор мы стали друзьями.
Я провожало тебя в детский сад и школу, а
когда ты полюбил девочку из нашего двора, только я понимало твои волнения.
Потом случилась маленькая война в далекой стране, и
мы вместе с девочкой тебя ждали...
Когда ты вернулся, была большая свадьба,
у тебя появились дети, и
они лазили по моим веткам - иногда ломали, но я терпело...
Потому что всегда был ты - готовый меня лечить!
С друзьями на пустыре ты посадил новый сад вокруг меня, но
я осталось твоим старшим деревом,
возле которого ты проводил короткие минуты отдыха,
рассказывая мне о жизни,
протекающей уже за пределами моего зрения…
Но пришли чужие активные люди и
решили спилить наш сад, чтобы
построить большой дом для других...
Ты сначала сопротивлялся и даже плакал, а
после согласился - ведь людям, которых ты тоже любил,
нужно было где-то жить...
Однако ты сумел отстоять мое право на существование и
я осталось стоять и плодоносить под твоим окном...
Теперь чужие дети стали лазить по мне,
ломали ветки, но ты терпеливо лечил и восстанавливал любимое дерево...
Однажды ты опять уехал. Оказалось навсегда.
Всего несколько раз ты приезжал
на похороны сначала мамы,потом бабушки и
подолгу стоял рядом со мной, рассказывая
как живётся в неведомом мне краю, под
таинственным названием – Заполярье.
Пришло время, когда приезжать уже не было смысла –
всех родных увезли на кладбище...
Но ты всё-равно помнил обо мне в далеком холодном городе,
и я чувствовало твою тоску и ждало,
когда ты еще хоть разок появишься под моей кроной.
И вот ты снова здесь и сейчас.
А я,посмотри, – совсем одряхлело,
весной на мне и цветы бывают редко,а
уж плоды даже не завязываются.
Меня опять хотят спилить,
чтобы расчистить двор для нового дерева, и
я знаю, что на этот раз ты мне уже не поможешь.
Понимаю, это будет тяжелый,
но все же счастливый день!
Ты тоже, как и я - стар!
И мы оба стали здесь лишними!
Но хочу сказать тебе,только тебе, спасибо за всю мою жизнь!
Приходи погреться к костру из моих поленьев!
И не забудь бросить косточку в остываюший пепел.
Она прорастёт, чтобы снова ждать тебя деревом тут.
***
Земля - это место с видом
на Господа Бога,
Иногда он ленится,
отправляя на службу Дьявола,
Правда, по мнению местных поэтов,
мысль не нова и убога,
Зато отражает точно
взгляды из-под одеяла,
Откуда не видно ни звездного,
ни хмурого неба,
Но тепло стабильно протекает
от пяток до кончика носа,
И где бы во снах домашний
романтик не был,
Он твердо усвоил правило -
у вечности нет износа!
***
Спасает каждый жизнь внутри себя
Другого - до беспамятства любя.
И если ты любил или любим,
То даже в смерти быть тебе живым!
Спасает каждый жизнь вокруг себя
Иного в бескорыстии любя,
А если не любил, иль не любим,
То даже в жизни не был ты живым
***
Под моим окном страна в непроходимых заносах.
Жизнь с трудом выбирается из снежного холста.
Господи, я посылал ежедневно на небо доносы,
Ты их иногда перелистывал, если не читал?
Понимаю, небеса задыхаются от земного спама
Людей, желающих выиграть в халявную лотерею.
Пусть мои послания почитают жена, папа и мама:
И в холодную зиму эта мысль мне душу согреет!
* * *
…подробности добра не разглашай,
и планами не мучь календари…
купи билет на поезд в третий Рим,
сгущая мысль до Бога – не спеша…
в Европе человеческой тоска
свела лицо под проливным дождём,
где белый свет, зажмурясь, молча ждёт
удара неба в области виска
Старик с извилистою палкой
И очарованная тишь.
И, где хохочущей русалкой
Над мертвым мамонтом сидишь,
Шумит кора старинной ивы,
Лепечет сказки по-людски,
А девы каменные нивы -
Как сказки каменной доски.
Вас древняя воздвигла треба.
Вы тянетесь от неба и до неба.
Они суровы и жестоки.
Их бусы - грубая резьба.
И сказок камня о Востоке
Не понимают ястреба.
стоит с улыбкою недвижной,
Забытая неведомым отцом,
и на груди ее булыжной
Блестит роса серебрянным сосцом.
Здесь девы срок темноволосой
Орла ночного разбудил,
Ее развеянные косы,
Его молчание удлил!
И снежной вязью вьются горы,
Столетних звуков твердые извивы.
И разговору вод заборы
Утесов, свержу падших в нивы.
Вон дерево кому-то молится
На сумрачной поляне.
И плачется, и волится
словами без названий.
О тополь нежный, тополь черный,
Любимец свежих вечеров!
И этот трепет разговорный
Его качаемых листов
Сюда идет: пиши - пиши,
Златоволосый и немой.
Что надо отроку в тиши
Над серебристою молвой?
Рыдать, что этот Млечный Путь не мой?
"Как много стонет мертвых тысяч
Под покрывалом свежим праха!
И я последний живописец
Земли неслыханного страха.
Я каждый день жду выстрела в себя.
За что? За что? Ведь, всех любя,
Я раньше жил, до этих дней,
В степи ковыльной, меж камней".
Пришел и сел. Рукой задвинул
Лица пылающую книгу.
И месяц плачущему сыну
Дает вечерних звезд ковригу.
"Мне много ль надо? Коврига хлеба
И капля молока,
Да это небо,
Да эти облака!"
Люблю и млечных жен, и этих,
Что не торопятся цвести.
И это я забился в сетях
На сетке Млечного Пути.
Когда краснела кровью Висла
И покраснел от крови Тисс,
Тогда рыдающие числа
Над бледным миром пронеслись.
И синели крылья бабочки,
Точно двух кумирных баб очки.
Серо-белая, она
Здесь стоять осуждена
Как пристанище козявок,
Без гребня и без булавок,
Рукой указав
Любви каменной устав.
Глаза - серые доски -
Грубы и плоски.
И на них мотылек
Крыльями прилег,
Огромный мотылек крылами закрыл
И синее небо мелькающих крыл,
Кружевом точек берег
Вишневой чертой огонек.
И каменной бабе огня многоточие
Давало и разум и очи ей.
Синели очи и вырос разум
Воздушным бродяги указом.
Вспыхнула темною ночью солома?
Камень кумирный, вставай и играй
Игор игрою и грома.
Раньше слепец, сторох овец,
Смело смотри большим мотыльком,
Видящий Млечным Путем.
Ведь пели пули в глыб лоб, без злобы, чтобы
Сбросил оковы гроб мотыльковый, падал в гробы гроб.
Гоп! Гоп! В небо прыгай гроб!
Камень шагай, звезды кружи гопаком.
В небо смотри мотыльком.
Помни пока эти веселые звезды, пламя блистающих звезд,
На голубом сапоге гопака
Шляпкою блещущий гвоздь.
Более радуг в цвета!
Бурного лета в лета!
Дева степей уж не та!
1919
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
