Привычно умираешь в декабре,
когда горбатый день идёт на убыль
и под пером ломается хорей -
торжественный покойник синегубый.
Отчаянно невестится душа,
кузнечик-сердце прыгает под горло.
Уже не надо воздухом дышать:
достаточно словесного попкорна.
Наденешь свой бумажный сарафан,
чтоб чернью высекать на белой глади,
но где-то здесь кончается строфа,
чернильно растекаясь по тетради.
Рука выводит мёртвые слова,
за край листа ныряющие храбро...
Жалеешь их. Но, в сущности, плевать:
какая-то мура. Абракадабра.
Заплатишь тарабарщине оброк,
кричащих фраз повыметешь сусеки
и вроде всё. Одесский говорок
твоей судьбы останется навеки.
И тем воспоминания острей -
посмертные забытые пароли -
о том, как умираешь в декабре
не чувствуя ни ужаса, ни боли.
_____________________________________Дмитрий Цветков
http://www.reshetoria.ru/user/ecce-cor-meum/index.php?id=36119&page=2&view=ok#view
_________ДЕКАБРЬСКИЙ СПЛИН
Мои воспоминания острей -
И Рождества число тревожит, точит...
Я, просто, умираю в декабре
И естество страдания не хочет...
И ожиданьем скована душа...
Стихов твоих накидку кружевную,
Я слово каждое, как чудо, поцелую...
Подарок твой, в восторге, чуть дыша,
Я старше становлюсь в тот хрупкий день...
Я старше становлюсь... на год печальней...
Не веселит меня и гость случайный,
Вино янтарное не дарит хмель...
Я жду с тревогой странной... Почему?-
Я к смерти подхожу все ближе.. ближе...
И чувствую в затылок уже дышит
Осознаю ненужность никому...
Ах, если б можно... видела не раз...
Сажусь я в поезд... прибываю в город...
А на перроне ты... поднятый ворот
Улыбка в уголках тревожных глаз...
Ты улыбнешься - и взмахнув крылом,
К себе прижмешь, касаясь волосами,
И мы замрем... как в лодке... в океане...
Как в невесомости, во сне... вдвоем...
Заблудится ладонь в твоих руках...
Прозрачная, дрожащая невинность...
Прошу, Господь, назначить мне повинность,
Чтоб наяву случилось! Не в мечтах!
За то, что я руки твои не сумел удержать,
За то, что я предал соленые нежные губы,
Я должен рассвета в дремучем акрополе ждать.
Как я ненавижу пахучие древние срубы!
Ахейские мужи во тьме снаряжают коня,
Зубчатыми пилами в стены вгрызаются крепко;
Никак не уляжется крови сухая возня,
И нет для тебя ни названья, ни звука, ни слепка.
Как мог я подумать, что ты возвратишься, как смел?
Зачем преждевременно я от тебя оторвался?
Еще не рассеялся мрак и петух не пропел,
Еще в древесину горячий топор не врезался.
Прозрачной слезой на стенах проступила смола,
И чувствует город свои деревянные ребра,
Но хлынула к лестницам кровь и на приступ пошла,
И трижды приснился мужам соблазнительный образ.
Где милая Троя? Где царский, где девичий дом?
Он будет разрушен, высокий Приамов скворешник.
И падают стрелы сухим деревянным дождем,
И стрелы другие растут на земле, как орешник.
Последней звезды безболезненно гаснет укол,
И серою ласточкой утро в окно постучится,
И медленный день, как в соломе проснувшийся вол,
На стогнах, шершавых от долгого сна, шевелится.
Ноябрь 1920
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
