Тихие ракеты радости накрыли первые вражеские цели. Они расцветали яркими фейерверками, не долетая до земли, но распространяя на многие километры специальное излучение. Все, кто попадал под это излучение, чувствовали вдруг зародившийся внутри тела источник какого-то чистейшего счастья. И они знали, что этот источник теперь навсегда останется с ними.
Но ещё до этого ракеты были запеленгованы, и навстречу были отправлены обычные смертоносные болванки с радиоактивными внутренностями. Они подлетали к родине изобретателя, а враги, становясь счастливыми, понимали, какую ошибку совершили, но уже ничего не могли сделать, и даже радость не изменяла им.
И последнее, что успел подумать изобретатель, прежде чем его смешало в плазме с тысячами тел, с тоннами стали и бетона: "Я же говорил им, что не могу делать оружие!"
Когда меня пред Божий суд
На чёрных дрогах повезут,
Смутятся нищие сердца
При виде моего лица.
Оно их тайно восхитит
И страх завистливый родит.
Отстав от шествия, тайком,
Воображаясь мертвецом,
Тогда пред стёклами витрин
Из вас, быть может, не один
Украдкой также сложит рот,
И нос тихонько задерёт,
И глаз полуприщурит свой,
Чтоб видеть, как закрыт другой.
Но свет (иль сумрак?) тайный т о т
На чудака не снизойдёт.
Не отразит румяный лик,
Чем я ужасен и велик:
Ни почивающих теней
На вещей бледности моей,
Ни беспощадного огня,
Который уж лизнул меня.
Последнюю мою примету
Чужому не отдам лицу...
Не подражайте ж мертвецу,
Как подражаете поэту.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
