За окнами шумит морской прибой,
Поёт орган в готическом соборе.
Пусть холод, дождь и даже летний зной,
Но звуки никогда не будут в ссоре.
Они сливаются в единый страстный зов,
Влекущий в неизведанные дали.
Нет ограждений, нет таких оков,
Которые бы им преградой стали.
Когда со звуками в гармонии душа,
Пределов нет – душа равна вселенной.
Она летит в пространство, не страшась,
Как будто так летать обыкновенно.
Взывает к Богу, как к мечте, хорал,
Собора стены и галактики минуя.
Мир дрогнет, если даже он устал,
От страстного восторга: "Аллилуйя!"
Квартиру прокурили в дым.
Три комнаты. В прихожей шубы.
След сапога неизгладим
до послезавтра. Вот и губы
живут недолго на плече
поспешным оттиском, потёком
соприкоснувшихся под током,
очнувшихся в параличе.
Не отражает потолок,
но ежечасные набеги
теней, затмений, поволок
всю ночь удваивают веки.
Ты вдвое больше, чем вчера,
нежнее вдвое, вдвое ближе.
И сам я человек-гора,
сошедший с цирковой афиши.
Мы — дирижабли взаперти,
как под водой на спор, не дышим
и досчитать до тридцати
хотим — и окриков не слышим.
(1986)
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
