День оплывает в БАДах дёрганых ретирад, водка из винограда, это как гей-парад. Ненависть дня - запреты, тяжесть протухших да, вычти цифирь поэта, не приложив труда. Пересчитай все буквы - греческий алфавит, сок перезрелой клюквы, тонкий разрез кровит.
В чёрных провалах звёзды, бронзовый шар луны, вздрогнуло небо, розги, алый рубец спины. Смазаны спицы в диски, звёздный велосипед, тянется как ириска - времени дымный след. Лебедь сжигает списки, пыльным хвостом комет. Мажутся капли виски. Пьяный костяк - скелет.
Мутный осадок водки,
Выжатой из лозы, злой мотылёк в пилотке - сморщенный Лао Цзы!
Тает вольфрам спирали, воздух сбоит, не свеж. В жёлтых ромашках дали. Душно. Есенин Серж...
Хлеба из мягкой стали,
Вилкой тупой отрежь,
Джина пол штофа, шкалик, рвут без наркоза. Брешь...
Когда я ночью жду ее прихода,
Жизнь, кажется, висит на волоске.
Что почести, что юность, что свобода
Пред милой гостьей с дудочкой в руке.
И вот вошла. Откинув покрывало,
Внимательно взглянула на меня.
Ей говорю: "Ты ль Данту диктовала
Страницы Ада?" Отвечает: "Я!".
1924
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
