в пути мы умерли
но мы об этом не узнали
а потому продолжили идти
и шли пока за спинами пылали
и шли пока за спинами пылали
кого-то там пылали но мы шли
в чужой горсти поскрипывает пепел
чужие губы дуют на стакан
взгляд сквозь стекло так чист прозрачен светел
что понимаешь вот он чистоган
мон шарлатан от огненной водицы
похолодеет чьё-то молоко
ты сам в объятьях уличной девицы
уснёшь с которой вовсе не знаком
замком за мкадом брось за рагнарёком
тебя несло не просыпайся впредь
дай сердце на ладони будет ёкать
и губы дай не всё тебе свистеть
смотри в свои оставшиеся оба
сотри отставших в пепел пилотаж
чем выше тем горючей крышка гроба
расчеловечивание и демонтаж
мы снова умерли
но нам об этом не сказали
поскольку видеть это не могли
а кто могли те сами умирали
вставали шли
вставали шли
вставали шли
Я пил с Мандельштамом на Курской дуге.
Снаряды взрывались и мины.
Он кружку железную жал в кулаке
и плакал цветами Марины.
И к нам Пастернак по окопу скользя,
сказал, подползая на брюхе:
«О, кто тебя, поле, усеял тебя
седыми майорами в брюках?»
...Блиндаж освещался трофейной свечой,
и мы обнялися спросонок.
Пространство качалось и пахло мочой —
не знавшее люльки ребенок.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
