в пути мы умерли
но мы об этом не узнали
а потому продолжили идти
и шли пока за спинами пылали
и шли пока за спинами пылали
кого-то там пылали но мы шли
в чужой горсти поскрипывает пепел
чужие губы дуют на стакан
взгляд сквозь стекло так чист прозрачен светел
что понимаешь вот он чистоган
мон шарлатан от огненной водицы
похолодеет чьё-то молоко
ты сам в объятьях уличной девицы
уснёшь с которой вовсе не знаком
замком за мкадом брось за рагнарёком
тебя несло не просыпайся впредь
дай сердце на ладони будет ёкать
и губы дай не всё тебе свистеть
смотри в свои оставшиеся оба
сотри отставших в пепел пилотаж
чем выше тем горючей крышка гроба
расчеловечивание и демонтаж
мы снова умерли
но нам об этом не сказали
поскольку видеть это не могли
а кто могли те сами умирали
вставали шли
вставали шли
вставали шли
Сколько лет я дышал взаймы,
На тургайской равнине мерз,
Где столетняя моль зимы
С человека снимает ворс,
Где буксует луна по насту,
А вода разучилась течь,
И в гортань, словно в тюбик пасту,
Загоняют обратно речь?
Заплатил я за все сторицей:
И землей моей, и столицей,
И погостом, где насмерть лечь.
Нынче тщательней время трачу,
Как мужик пожилую клячу.
Одного не возьму я в толк:
У кого занимал я в долг
Этот хлеб с опресневшей солью,
Женщин, траченных снежной молью,
Тишину моего труда,
Этой водки скупые граммы
И погост, на котором ямы
Мне не выроют никогда?
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
