Самосознанье мое
взяв начало из батюшковских ключей, посеребренных луною,
на родненьком, русском течет, как придется –
то в рифму, то без… соразмерность ломая, петляет по жизни…
И так вот, всю жизнь…
Выбирал поспокойней, потише места –
старался левее… Правее…
Чтоб, боженька ж мой,
не увязнуть в их диа - и сопро - их матов…
А после утЁк на чужбину…
А тут -
от гнилости местной срываяся в рык,
в библейских теряюсь песках,
испаряюсь…
…И мыслию освобожденной
лечу к океану зеленому Родины,
падаю дождичком теплым грибным
на исхоженный вдоль-поперек
лесочек вкруг Муромки-речки,
которая так же петляет по жизни, как я…
…Бессонною ночью цежу слово в слово
и…
в мшистых камнях застываю
и…
жду терпеливо…
А ВДРУГ!!!
Появишься ты
в заповедных,
покинутых нами местах.
…Пойдешь, например, собирать землянику…
Заблудишься…
И набредешь на затончик, который я выложил нашей весной для тебя…
Не вспомнишь...
Но, вздрогнешь,
к нему наклонившись губами…
И тут же!
Я рядом с тобой окажусь…
…И вновь, как когда-то
…сорока нас выдаст –
от стрёкота, хлопанья крыльями, сглаза её
не будет пощады…
Я бью колотушкой по пню –
упорхнула
губ
итель
ни
ца…
И ты…
Упорхнула…
А я
об
нар
уживаю
себя под пальмой облезлой…
И не понимаю,
И НЕ ПОНИМАЮ!!!
Бессонная ночь,
суховей…
И потом –
всё это разрушено –
это всего лишь
СЛОВА НА БУМАГЕ!!!
Слова…
на…
бумаге.
На родненьком, русском
нахлынули снова…
И… жив.
Один графоман в солидный журнал
прислал корявый стишок.
Совсем таланта не было в нем,
и стиль был весьма смешон.
Но чтобы вывод под стих подвесть,
в нем были такие слова:
«Жизнь такова, какова она есть,
и больше — никакова!»
Младший редактор сказал: «Пустяки!
Ступай-ка в корзину, брат!»
Но чем-то тронули сердце стихи,
и он их вернул назад.
– Вчера я пришел веселенький весь,
и жена была неправа.
Но «жизнь такова, какова она есть,
и больше — никакова!»
Редактор отдела, увидев стих,
наморщил высокий лоб.
Стихи банальные. Автор псих.
А младший редактор жлоб.
Но строчки вошли, как благая весть,
до самого естества.
«Жизнь такова, какова она есть,
И больше — никакова!»
И свой кабинет озирая весь,
подумал любимец богов:
«А может, и я таков, как есть,
И больше совсем никаков».
И страшная мысль, как роса с травы,
скатилась с его головы:
А может, и все таковы, каковы,
И больше — никаковы?
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
