Если мудрец попадает к глупцам, не должен он ждать от них почета, а если глупец болтовней своей победит мудреца, то нет в этом ничего удивительного, ибо камнем можно расколоть алмаз
Был судный день.
Пришла пора держать ответ
за первый крик новорождённого ребенка,
за так легко людьми нарушенный завет,
за эту дикую бессмысленную гонку,
в которой всё – одна пустая суета,
всегда претящая Создателевой воле.
У победителя лишь доски для креста
и столько боли! Столько боли! Столько боли!..
Был судный день.
Шел новый, двадцать первый век.
В святой земле, где всё когда-то начиналось
казнен был тайно на рассвете человек,
казнен за то, за что казнить не полагалось.
Казнен за власть,
которой был он облечен
по воле множества людей обыкновенных.
Любой властитель на злодейство обречен.
Любая власть – кровь неповинно убиенных.
Казнен за то,
за что другой бы был воспет
еще при жизни или вскоре после смерти.
Казнен за то, за что должны держать ответ
все, как один, властители. Поверьте!
И эта казнь
легла проклятьем на людей
и стала главным парадоксом мирозданья.
Боготворить всегда готовы мы вождей
и убивать своим потомкам в назиданье.
Был судный день.
Так называемый злодей
последний раз с петлей на шее покачнулся.
Бог посмотрел на рукоплещущих людей
и навсегда от них брезгливо отвернулся.
Характерная особенность натюрмортов
петербургской школы
состоит в том, что все они
остались неоконченными.
Путеводитель
Лучок нарезан колесом. Огурчик морщится соленый. Горбушка горбится. На всем грубоватый свет зеленый. Мало свету из окна, вот и лепишь ты, мудила, цвет бутылки, цвет сукна армейского мундира. Ну, не ехать же на юг. Это надо сколько денег. Ни художеств, ни наук, мы не академик. Пусть Иванов и Щедрин пишут миртовые рощи. Мы сегодня нашустрим чего-нибудь попроще. Васька, где ты там жива! Сбегай в лавочку, Васена, натюрморт рубля на два в долг забрать до пенсиона. От Невы неверен свет. Свечка. отсветы печурки. Это, почитай, что нет. Нет света в Петербурге. Не отпить ли чутку лишь нам из натюрморта... Что ты, Васька, там скулишь, чухонская морда. Зелень, темень. Никак ночь опять накатила. Остается неоконч Еще одна картина Графин, графленый угольком, граненой рюмочки коснулся, знать, художник под хмельком заснул, не проснулся.
Л. Лосев (1937 — ?). НАТЮРМОРТ.
Бумага, пиш. маш. Неоконч.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
