Если бы я был царь, я бы издал закон, что писатель, который употребит слово, значения которого он не может объяснить, лишается права писать и получает сто ударов розог
Мне пофиг, как это называется, но игра замечательна. Замечательна.
Прими мой респект сестра. Это называется рифмы - инструмент другой музыки.
Пасиб, што объяснил про рифмы. Играть рифмами и рифмовать - это разные вещи. Играть. Это здорово.
У меня хорошие учителя.
А ваще - ничё! Горячо
И продуманно -
Я не огорчён, что прочёл
Что-то лунное.
Бог - это ди-джей!
Сначала плиты Марбурга так зримо привиделись. И образ Пастернака влюблённого и безответно шагающего: шаг за шагом к тем матам судьбоносным тополиным всех улиц, площадей планеты этой оБЕЗлюдевшей, оБЕЗдуш-ной чувством...
Потом мелодия джазистом засвистела, блюзуя вечность на исходе ночи в картинку с выставки, забытую на стенде администратором сайта-мортале.
А дальше Я и Кант, и звёзд законы над головой, и поднебесье-совесть перевернулось выпитою чашей на мелочь городскую без остатка.
Пересказать концовку не берусь я: возможно ль взяться за перила лунной симфонии, распластанной и бледной и маятной, как око фона Рееей... И мертвецом качаясь столботенным, плывет в окне моей прошедшей жизни все тот же поединок, тот же мастер... Борис... не Пастернак уже, но город... БорисоГлебской фреской старинной он выпукло вдается в оконечье шпилеобразного клинка минутных страстей и государственных иллюзий.
Нет, слов не хватит описать восторг мой, крылящийся плащами до-диезных белеющих в ночи волшебных клавиш, которые кормили вы с руки...
Летите же, летите же все птицы слов, линий, мыслей к daddy на страницу!
Сэнкс)))
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
А здесь жила Петрова. Не могу
припомнить даже имени. Ей-Богу.
Покажется, наверное, что лгу,
а я – не помню. К этому порогу
я часто приближался на бегу,
но только дважды... Нет, не берегу
как память, ибо если бы помногу,
то вспомнил бы... А так вот – ни гу-гу.
Верней, не так. Скорей, наоборот
все было бы. Но нет и разговору
о чем-то ярком... Дьявол разберет!
Лишь помню, как в полуночную пору,
когда ворвался муж, я – сумасброд -
подобно удирающему вору,
с балкона на асфальт по светофору
сползал по-рачьи, задом наперед.
Теперь она в милиции. Стучит
машинкою. Отжившие матроны
глядят в окно. Там дерево торчит.
На дереве беснуются вороны.
И опись над кареткою кричит:
«Расстрелянные в августе патроны».
Из сумки вылезают макароны.
И за стеной уборная журчит.
Трагедия? О если бы.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.