Девушка едет в метро.
Переезжает вброд
всю ширину Невы.
Лютиковое облако вокруг её головы,
в пальцах конспект.
Остановка «Невский проспект».
Сейчас она застегнёт пальто,
исчезнет шеи пионовый лепесток,
ключи от рая в форме ключиц,
тату в виде стайки взлетающих птиц,
цепочка, впадающая в персидский залив -
от слова «перси», которое отчего-то забыв,
мы потеряли в языковой дороге,
заменив холодным и строгим
«грудь»,
в котором слышится «грусть»,
только звону больше. Грудь –
это глыба камня, колодезный холод;
слово «грудь», как молот,
который выронила рука,
падает с языка.
Как потеряли мы эту замшу персика,
как отказаться посмели… Перси
исходят теплом овечьим, амброзией и нектаром,
дышат опарой,
сотканы из тычиночного вещества…
Двери сомкнулись,
девушка вышла,
в вагоне витают утерянные слова.
Благодарю за каждую дождинку.
Неотразимой музыке былого
подстукивать на пишущей машинке —
она пройдёт, начнётся снова.
Она начнётся снова, я начну
стучать по чёрным клавишам в надежде,
что вот чуть-чуть, и будет всё,
как прежде,
что, чёрт возьми, я прошлое верну.
Пусть даже так: меня не будет в нём,
в том прошлом,
только чтоб без остановки
лил дождь, и на трамвайной остановке
сама Любовь стояла под дождём
в коротком платье летнем, без зонта,
скрестив надменно ручки на груди, со
скорлупкою от семечки у рта. 12 строчек Рыжего Бориса,
забывшего на три минуты зло
себе и окружающим во благо.
«Olympia» — машинка,
«KYM» — бумага
Такой-то год, такое-то число.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
