На шершавой стене процарапано несколько строк,
Завещание. Боль. Сквозь неё проростает надежда,
Не промазал щербатый, ушедший с рассветом стрелок,
В уголке сапоги и комок порыжелой одежды.
Никуда и ничто невзначай приоткрыли чертог,
Краски выпиты влёт, осыпаются серые тени,
В перекрестье прицела мелькнёт перекрёсток дорог,
Перемолота в пыль пустота судьбоносных решений.
Сонно тявкнет в ночи потревоженный звёздами пёс,
Ветер бросит в лицо горсть слезами умытых мгновений,
Смерти нет. Завещание, боль только сон - это всё не всерьёз,
На шершавой стене вместе с лампой качаются тени...
Я жизнь люблю и умереть боюсь.
Взглянули бы, как я под током бьюсь
И гнусь, как язь в руках у рыболова,
Когда я перевоплощаюсь в слово.
Но я не рыба и не рыболов.
И я из обитателей углов,
Похожий на Раскольникова с виду.
Как скрипку, я держу свою обиду.
Терзай меня - не изменюсь в лице.
Жизнь хороша, особенно в конце,
Хоть под дождем и без гроша в кармане,
Хоть в Судный день - с иголкою в гортани.
А! Этот сон! Малютка-жизнь, дыши,
Возьми мои последние гроши,
Не отпускай меня вниз головою
В пространство мировое, шаровое!
1958
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
