Жёлтый, цвет пустыни и солнца, переполняет листья.
Жар, не перестающий литься,
меняет сущность зелёного лоскутка -
в результате цвет лета попадает в ткань
следующего сезона. Избыток солнцежара -
как запаздывающая педаль: связывает в пару
два смежных, но разных сезона.
И вот, извольте: хирея и охлаждаясь, желтеют кроны,
хоть жёлтый – цвет пустыни и солнца, а значит, лета,
но мы привыкли, что жёлтый – осень. Читаешь газеты,
развешенные по веткам. На передовицах -
предстоящие отъезды тех, кому Родину покидать легко – птицы.
Ветер тоже читает, шурша листами,
И небо эти газеты читает: за облаками -
за белыми веками – зреет, копится
бессильных слёз лихая вольница.
Еще скрежещет старый мир,
И мать еще о сыне плачет,
И обносившийся жуир
Еще последний смокинг прячет,
А уж над сетью невских вод,
Где тишь – ни шелеста, ни стука –
Всесветным заревом встает
Всепомрачающая скука.
Кривит зевотою уста
Трибуна, мечущего громы,
В извивах зыбкого хвоста
Струится сплетнею знакомой,
Пестрит мазками за окном,
Где мир, и Врангель, и Антанта,
И стынет масляным пятном
На бледном лике спекулянта.
Сегодня то же, что вчера,
И Невский тот же, что Ямская,
И на коне, взамен Петра,
Сидит чудовище, зевая.
А если поступью ночной
Идет прохожий торопливо,
В ограде Спаса на Сенной
Увидит он осьмое диво:
Там, к самой паперти оттерт
Волной космического духа,
Простонародный русский черт
Скулит, почесывая ухо.
1920
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
