Родившегося на изнанке дня привлекает жизни изнанка,
технология праздника,
он не участник, а наблюдатель —
всю дорогу ищет перво-ощущения мира
за кулисами жизни, на границе темноты и света
всегда заходит за спины артистов, чтобы что-то понять.
Иллюзия сзади перестаёт быть собой,
а устало стирает грим и предстаёт грустной реальностью
пыльной, наспех слепленной из стихий:
металла, дерева, земли, воды и воздуха.
Хорошо, что огонь она пускает в сторону зрителей —
за ярким опасным пламенем можно скрыть любые секреты.
Раскройте шире глаза, граждане: за спецэффектами и шумом
орудуют незаметно ловкие холодные ум - руки!
Э-э-э-эх, люди, вы обманываться рады:
– А шо тут такова? Ложь, да, знаем, но какова шельма!!!
И хлопают, и смеются, точно дети пред вратами рая…
Это ли секрет беззаботного счастья ребёнка —
доверять безоценочно доброй версии сказки,
у отца выпрашивая сладости?
А Он такой впитавший в себя все несчастья и беды,
боль морщинами прорезала благородный лик,
невыносимая тяжесть знания сияет из глаз,
стоит, держит твою ручку в своей взрослой шершавой ладони
(пальцы с заусенцами и шрамами),
И дарит иллюзию жизни —
радуйся, дитя.
Как сорок лет тому назад,
Сердцебиение при звуке
Шагов, и дом с окошком в сад,
Свеча и близорукий взгляд,
Не требующий ни поруки,
Ни клятвы. В городе звонят.
Светает. Дождь идет, и темный,
Намокший дикий виноград
К стене прижался, как бездомный,
Как сорок лет тому назад.
II
Как сорок лет тому назад,
Я вымок под дождем, я что-то
Забыл, мне что-то говорят,
Я виноват, тебя простят,
И поезд в десять пятьдесят
Выходит из-за поворота.
В одиннадцать конец всему,
Что будет сорок лет в грядущем
Тянуться поездом идущим
И окнами мелькать в дыму,
Всему, что ты без слов сказала,
Когда уже пошел состав.
И чья-то юность, у вокзала
От провожающих отстав,
Домой по лужам как попало
Плетется, прикусив рукав.
III
Хвала измерившим высоты
Небесных звезд и гор земных,
Глазам - за свет и слезы их!
Рукам, уставшим от работы,
За то, что ты, как два крыла,
Руками их не отвела!
Гортани и губам хвала
За то, что трудно мне поется,
Что голос мой и глух и груб,
Когда из глубины колодца
Наружу белый голубь рвется
И разбивает грудь о сруб!
Не белый голубь - только имя,
Живому слуху чуждый лад,
Звучащий крыльями твоими,
Как сорок лет тому назад.
1969
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
