За горло строфы держит штамп,
нет мыслей в них, не между строчек.
"Но сердцем, - скажет дилетант, -
написаны, душевно очень".
Но троп истоптан, как тропа,
а аллегория затёрта
и, как блондинка, мысль тупа... .
"Возможно...", - скажет. "Шёл бы к чёрту!", -
подумает. И будет прав.
Должна мыслЯ входить бесшумно,
когда поэт её украв,
вбивает лохам с видом умным.
Душа моя, имей ввиду, -
хоть в рай в пять звёзд с кингсайз кроватью,
в мотель дешёвый попаду,
мне всё равно. Хотел плевать я,
что троп распахан, как лицо,
что огрубели полушарья.
Где бог крышует подлецов,
там тварь останется лишь тварью!
Но я уже, душа, не тот
и ты уже давно не та.
Вся жизнь, как пошлый анекдот,
в котором та, чья красота
спасает жизнь, но лишь свою,
забыв про нас и грешный мир... .
Мне было это по ..ю,
когда красиво ей хамил.
Ходить не трудно по воде
и думать: "Сам бы я не смог".
Висеть труднее на кресте
и верить, что теперь ты Бог.
Дверь скрипела, как кровать,
я скрипел за ней зубами.
Ты спросила: "Может дать
по зубам вам кулаками?".
Как кровать скрипела дверь,
скрипнуть ты за ней не смела.
Кончил я, сказав: "Теперь,
дверь закрой, - осточертела!".
Записки из мертвого дома,
Где все до смешного знакомо,
Вот только смеяться грешно —
Из дома, где взрослые дети
Едва ли уже не столетье,
Как вены, вскрывают окно.
По-прежнему столпотвореньем
Заверчена с тем же терпеньем
Москва, громоздясь над страной.
В провинции вечером длинным
По-прежнему катится ливнем
Заливистый, полублатной.
Не зря меня стуком колесным —
Манящим, назойливым, косным —
Легко до смешного увлечь.
Милее домашние стены,
Когда под рукой — перемены,
И вчуже — отчетливей речь.
Небось нам и родина снится,
Когда за окном — заграница,
И слезы струятся в тетрадь.
И пусть себе снится, хвороба.
Люби ее, милый, до гроба:
На воле — вольней выбирать...
А мне из-под спуда и гнета
Все снится — лишь рев самолета,
Пространства земное родство.
И это, поверь, лицедейство —
Что будто бы некуда деться,
Сбежать от себя самого.
Да сам то я кто? И на что нам
Концерты для лая со шмоном —
Наследникам воли земной?
До самой моей сердцевины
Сквозных акведуков руины,
И вересковые равнины,
И — родина, Боже Ты Мой...
1983
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
Авторизация
Камертон
