Неистовый вдохновитель,
Зануда, жердь -
Он, как живой Ходасевич,
Меня смущал.
Летела в бровь
И в глаз,
И в сердце
Его праща,
И небо падало ниц,
И качалась твердь.
Желтком на сковородке
Шкворчила жизнь,
И была вкусно,
И облаком был белок.
Но, оказалось, гений
Вонюч и лыс,
И Ходасевичу не по плечо он,
А по лобок.
Сидит теперь на крыльце
И чинит пимы.
Устанет, свернёт цигарку,
Пойдёт в клозет.
О, как мы в расцвете
Падки на всех чумных,
И как мы теперь горазды
Им дать ответ!
Какой тяжелый, темный бред!
Как эти выси мутно-лунны!
Касаться скрипки столько лет
И не узнать при свете струны!
Кому ж нас надо? Кто зажег
Два желтых лика, два унылых...
И вдруг почувствовал смычок,
Что кто-то взял и кто-то слил их.
"О, как давно! Сквозь эту тьму
Скажи одно, ты та ли, та ли?"
И струны ластились к нему,
Звеня, но, ластясь, трепетали.
"Не правда ль, больше никогда
Мы не расстанемся? довольно..."
И скрипка отвечала да,
Но сердцу скрипки было больно.
Смычок все понял, он затих,
А в скрипке эхо все держалось...
И было мукою для них,
Что людям музыкой казалось.
Но человек не погасил
До утра свеч... И струны пели...
Лишь солнце их нашло без сил
На черном бархате постели.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
