О, как в юдоли наших судеб
бездумно, пОходя, беспечно,
поспешно, грубо, бессердечно
в тумане лжи и словоблудья
мы ближних судим, судим, судим!
Их краскою одной пометив,
полутонов не признавая,
при всём природном многоцветьи,
палитра яркая - чужая
и голос пониманья чужд,
хоть ветер ноября, не мая,
разлук, потерь, грядущих стуж
над пустырями бывших дружб
гудит, гудит, не умолкая...
Всех под одну гребёнку стричь,
развивши бешеную прыть,
стремимся, в стадо загоняя,
и гуру нет, себя опричь.
В удушливой лавине буден
мы, не умея слушать, судим,
не вникнув в суть, ходя по краю,
мы априори отвергаем,
ярлык наклеив, осуждаем
и снова в гневе судим, судим...
Не потому ли путь так труден,
стынь одиночеств ждёт немая?
Мировоззрение чужое неверно тем лишь, что чужое,
не стать ему твоим родным, а потому его - в изгои,
инакомыслящих - распни!
Вопрос извечный: Почему не могут уживаться рядом
окрасов разных мненья, взгляды,
испепеляют в гневе взглядом друг друга с твёрдым: "Не приму!"?
Свежак надрывается. Прет на рожон
Азовского моря корыто.
Арбуз на арбузе - и трюм нагружен,
Арбузами пристань покрыта.
Не пить первача в дорассветную стыдь,
На скучном зевать карауле,
Три дня и три ночи придется проплыть -
И мы паруса развернули...
В густой бородач ударяет бурун,
Чтоб брызгами вдрызг разлететься;
Я выберу звонкий, как бубен, кавун -
И ножиком вырежу сердце...
Пустынное солнце садится в рассол,
И выпихнут месяц волнами...
Свежак задувает!
Наотмашь!
Пошел!
Дубок, шевели парусами!
Густыми барашками море полно,
И трутся арбузы, и в трюме темно...
В два пальца, по-боцмански, ветер свистит,
И тучи сколочены плотно.
И ерзает руль, и обшивка трещит,
И забраны в рифы полотна.
Сквозь волны - навылет!
Сквозь дождь - наугад!
В свистящем гонимые мыле,
Мы рыщем на ощупь...
Навзрыд и не в лад
Храпят полотняные крылья.
Мы втянуты в дикую карусель.
И море топочет как рынок,
На мель нас кидает,
Нас гонит на мель
Последняя наша путина!
Козлами кудлатыми море полно,
И трутся арбузы, и в трюме темно...
Я песни последней еще не сложил,
А смертную чую прохладу...
Я в карты играл, я бродягою жил,
И море приносит награду,-
Мне жизни веселой теперь не сберечь -
И руль оторвало, и в кузове течь!..
Пустынное солнце над морем встает,
Чтоб воздуху таять и греться;
Не видно дубка, и по волнам плывет
Кавун с нарисованным сердцем...
В густой бородач ударяет бурун,
Скумбрийная стая играет,
Низовый на зыби качает кавун -
И к берегу он подплывает...
Конец путешествию здесь он найдет,
Окончены ветер и качка,-
Кавун с нарисованным сердцем берет
Любимая мною казачка...
И некому здесь надоумить ее,
Что в руки взяла она сердце мое!..
1924
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
