Я к тебе приближаюсь,
твои очертания смутны.
Я способна улыбку уже различить,
даже плащ на руке.
Вижу свитер под горло
цвета заношенных будней,
и наклон головы чуть заметный,
и шрам небольшой на виске.
Над тобой наше небо,
в которое мы запускали
пёстрых змеев,
надутые воздухом тёплым шары -
и они ведь парят до сих пор,
в параллельном реале,
для какой-то другой,
не известной нам здесь, детворы.
Собираю в кулак снеги прошлые,
чувства, запреты
и сжимаю до хруста,
до взрыва ничьей тишины.
Я стараюсь забыть наши дни
и в обнимку рассветы,
но к тебе приближаюсь
сквозь годы, сквозь реки и сны.
Это выше меня -
приказать и ослушаться разом -
будто выстрелить в птицу,
потом сожалеть и не спать.
Бредить перьями, снегом,
слагая нелепые фразы,
никого не винить,
наступая на грабли опять.
Я совсем уже близко,
ты смотришь в упор, не мигая,
будто хочешь задать
очень важный и трудный вопрос.
Не молчи. Я пришла и сейчас обниму.
Обнимаю.
Только это... не ты.
Под рукою холодный шершавится холст.
О, как хороша графоманная
поэзия слов граммофонная:
"Поедем на лодке кататься..."
В пролетке, расшлепывать грязь!
И слушать стихи святотатца,
пугаясь и в мыслях крестясь.
Сам под потолок, недотрога,
он трогает, рифмой звеня,
игрушечным ножиком Бога,
испуганным взглядом меня.
Могучий борец с канарейкой,
приласканный нежной еврейкой,
затравленный Временем-Вием,
катает шары и острит.
Ему только кажется кием
нацеленный на смерть бушприт.
Кораблик из старой газеты
дымит папиросной трубой.
Поедем в "Собаку", поэты,
возьмем бедолагу с собой.
Закутанный в кофточку желтую,
он рябчика тушку тяжелую,
знаток сладковатого мяса,
волочит в трагический рот.
Отрежьте ему ананаса
за то, что он скоро умрет.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
