Мучительным при языка наличии
становится его косноязычие.
Не выразить ему и малой доли
душевных мук, восторженности, боли…
Быть чаше переполненной до края –
кипеть-бурлить, вовне пути не зная -
душа всегда - великая немая.
Её глубины никому не ведомы,
ей не гудеть колоколами медными,
делясь своими бедами-победами.
Душа в любом застолье одинока,
в кругу друзей и в уличном потоке,
среди родных, в толпе прохожих только,
в январский полдень, воробьиной ночью;
душа в многоголосице - бесправная,
не стать в оркестре звуков скрипкой главною,
безгласна и везде одна она -
пускай эмоций вал внутри клокочет -
язык для них - бездарный переводчик...
Непониманья кровью истекая,
душа всегда - великая немая.
Мальчик-еврей принимает из книжек на веру
гостеприимство и русской души широту,
видит березы с осинами, ходит по скверу
и христианства на сердце лелеет мечту,
следуя заданной логике, к буйству и пьянству
твердой рукою себя приучает, и тут —
видит березу с осиной в осеннем убранстве,
делает песню, и русские люди поют.
Что же касается мальчика, он исчезает.
А относительно пения, песня легко
то форму города некоего принимает,
то повисает над городом, как облако.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
