- Заходи. Садись. Подвинусь.
Кофе мы попьем, с тобой.
Говорят, коронавирус
Бродит по миру с косой.
Как же тут не напрягаться?
Карантин. Нарушен сон.
Мой мужик и рад стараться.
Слушай, что устроил он.
Две недели не был дома
Мой супружник. Вот дела.
Ситуация знакома.
Вновь, кривая завела.
Объявился - вражья сила.
Рад. Улыбка во весь рот.
- Где тебя, скажи, ноcило?
С кем ты спал, блудливый кот?
- Не поверишь, - отвечает, -
Бабы даже не видал.
Со Степанычем, за чаем,
Карантин я соблюдал.
Он чихнул. Я, с перепугу,
К нам в гараж, а он за мной.
Ну, не смог я бросить друга,
Ведь ему нельзя домой.
Я - в гараж.Внутри картина -
Стулья, стол складной стоит.
Соблюдатель карантина,
Наш Степаныч, там сидит.
С пивом, с водкою, бутылки.
Просто целый магазин.
Сало, хлеб, тарелки, вилки.
Развеселый карантин.
Ну, сосед не вяжет лыка.
- Что, Степаныч, нечем крыть?!
Не охрипну я от крика!
Хватит нагло жрать и пить!
- Ах вы! Пьяные две рожи!
У меня характер крут.
Мужу говорю:"Ну что же?
Чаю мне предложат тут?"
В общем, навела порядок.
И, притом, в кратчайший срок.
Муженек на водку падок,
А дружок ему помог.
Я врачам всем, за границей,
Не стесняясь, дам совет
Скалка может пригодиться,
Раз пока вакцины нет.
Записки из мертвого дома,
Где все до смешного знакомо,
Вот только смеяться грешно —
Из дома, где взрослые дети
Едва ли уже не столетье,
Как вены, вскрывают окно.
По-прежнему столпотвореньем
Заверчена с тем же терпеньем
Москва, громоздясь над страной.
В провинции вечером длинным
По-прежнему катится ливнем
Заливистый, полублатной.
Не зря меня стуком колесным —
Манящим, назойливым, косным —
Легко до смешного увлечь.
Милее домашние стены,
Когда под рукой — перемены,
И вчуже — отчетливей речь.
Небось нам и родина снится,
Когда за окном — заграница,
И слезы струятся в тетрадь.
И пусть себе снится, хвороба.
Люби ее, милый, до гроба:
На воле — вольней выбирать...
А мне из-под спуда и гнета
Все снится — лишь рев самолета,
Пространства земное родство.
И это, поверь, лицедейство —
Что будто бы некуда деться,
Сбежать от себя самого.
Да сам то я кто? И на что нам
Концерты для лая со шмоном —
Наследникам воли земной?
До самой моей сердцевины
Сквозных акведуков руины,
И вересковые равнины,
И — родина, Боже Ты Мой...
1983
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
