Погладь меня по шёрстке,
читатель дорогой,
за мой стишок неброский
прадедовской строкой.
Совсем не в масть мне акро,
верлибр не мой калибр,
стих белый - не подарок
и не пройтись вприсядку
под вольного разлив,
и Хлебников с Кручёных
восторг ночей бессонных
не вызовут, прости, -
я только консерватор,
традиции мне святы;
пишу свой тихий стих
не формой потрясти -
в житейском бурном море
соратников найти
по мыслям на пути;
ещё, того не скрою, -
случается порою
(эгоистично это)
поплакаться в жилетку
строкою неприметной.
Что делать - слабый пол
да и к тому же наша
дней муторных юдоль
не жалует всех Машек,
как, впрочем, Васек, Дашек
и иже с ними также...
Итак, читатель мой (коль сыщется такой),
протянутую руку в согласии сожми
и - в путь, без сожалений, без страха и сомнений!
Боль, радость, смех и муку отныне на двоих
из будня полыньи... Ты стал родней родных…
Пускай пиит я средний, но всё же, тем не мене,
строку мою прими, поверь: совсем не трудно
доверьем обоюдным да роскошью общенья
нам скрасить жизни миг.
По рыбам, по звездам
Проносит шаланду:
Три грека в Одессу
Везут контрабанду.
На правом борту,
Что над пропастью вырос:
Янаки, Ставраки,
Папа Сатырос.
А ветер как гикнет,
Как мимо просвищет,
Как двинет барашком
Под звонкое днище,
Чтоб гвозди звенели,
Чтоб мачта гудела:
"Доброе дело! Хорошее дело!"
Чтоб звезды обрызгали
Груду наживы:
Коньяк, чулки
И презервативы...
Двенадцатый час -
Осторожное время.
Три пограничника,
Ветер и темень.
Три пограничника,
Шестеро глаз -
Шестеро глаз
Да моторный баркас...
Три пограничника!
Вор на дозоре!
Бросьте баркас
В басурманское море,
Чтобы вода
Под кормой загудела:
"Доброе дело!
Хорошее дело!"
Чтобы по трубам,
В ребра и винт,
Виттовой пляской
Двинул бензин.
Вот так бы и мне
В налетающей тьме
Усы раздувать,
Развалясь на корме,
Да видеть звезду
Над бугшпритом склоненным,
Да голос ломать
Черноморским жаргоном,
Да слушать сквозь ветер,
Холодный и горький,
Мотора дозорного
Скороговорки!
Иль правильней, может,
Сжимая наган,
За вором следить,
Уходящим в туман...
Да ветер почуять,
Скользящий по жилам,
Вослед парусам,
Что летят по светилам...
И вдруг неожиданно
Встретить во тьме
Усатого грека
На черной корме...
Так бей же по жилам,
Кидайся в края,
Бездомная молодость,
Ярость моя!
Чтоб звездами сыпалась
Кровь человечья,
Чтоб выстрелом рваться
Вселенной навстречу,
Чтоб волн запевал
Оголтелый народ,
Чтоб злобная песня
Коверкала рот,-
И петь, задыхаясь,
На страшном просторе:
"Ай, Черное море,
Хорошее море..!"
1927
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
