Под хруст пышминской булки и перестук копыт
С поручиком изрядно наливки одолели!
Нам эскапизм – услада, украсившая быт.
Под песни гайдамацкие скорей достигнем цели.
Эй, расхрабрись, отвага и раззудись, плечо!
И поступь вороного, синкопою играя,
Нас унесёт из города. Подальше, ну а чо?
Бутыль уже закончилась? И что же? Есть вторая!
Нисколько не завися от милости корон
Я и на гнев короны свой взор не обращаю.
О, сколько их сменилось – пучок корон на трон!
- Ваш документ, простите? - Как скажете, прощаю.
Режим сплошных оглоблей блюдёт городовой.
Икая, Герда пляшет там с королевой танец.
Я вовсе не озлоблен, но я не ваш – я свой.
И в пику коронациям - давно республиканец.
Шиповник каждую весну
пытается припомнить точно
свой прежний вид:
свою окраску, кривизну
изогнутых ветвей - и то, что
их там кривит.
В ограде сада поутру
в чугунных обнаружив прутьях
источник зла,
он суетится на ветру,
он утверждает, что не будь их,
проник бы за.
Он корни запустил в свои
же листья, адово исчадье,
храм на крови.
Не воскрешение, но и
не непорочное зачатье,
не плод любви.
Стремясь предохранить мундир,
вернее - будущую зелень,
бутоны, тень,
он как бы проверяет мир;
но самый мир недостоверен
в столь хмурый день.
Безлиственный, сухой, нагой,
он мечется в ограде, тыча
иглой в металл
копья чугунного - другой
апрель не дал ему добычи
и март не дал.
И все ж умение куста
свой прах преобразить в горнило,
загнать в нутро,
способно разомкнуть уста
любые. Отыскать чернила.
И взять перо.
1970
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
