Бывает правда и во лжи,
когда в душевный катаклизм
она спасает чью-то жизнь;
когда словами ворожит, -
волшба, игра их колдовская
сумеют отвести от края.
Бывает правда и во лжи,
когда, подняв её на щит,
у изголовья друг твердит:
"Забудь онколога вердикт!
Вот камешки твои, держи...".
И ложь, вмешавшись в эпикриз,
нежданно продлевает жизнь.
Вот смотрите, грамматически у вас получается, что вы пишете о правде (она спасает, её поднимают на щит), а по смыслу вы хотите сказать это о лжи, то есть, ОПРАВДАТЬ ложь. Хотя... вообще то у меня крыша съехала от логики стиха.)) Пусть так, только про "камешки" как-то не всем читатели смогут это понять, это, все-таки, частность. И ещё: ложь в эпикризе - это дело все-таки подсудное. Понятно, что вы хотели сказать, но, мне кажется, что это хорошо бы как нибудь немного по другому сделать, чтобы не так криминально звучало.))
Благодарю за прочтение и обстоятельный отзыв. Насчёт лжи в эпикризе: может, не стоит понимать так уж прямо. Это метафора. Имеется в виду течение болезни, в котором наблюдается улучшение под влиянием надежды. А вообще каждый волен понимать по-своему. Я своего мнения не навязываю и считаю, что разъяснять смысл стиха - последнее дело.
Удачи Вам.
Да нет, смысл стиха объяснять не надо, он абсолютно ясен. Что ж тут непонятного? Вряд ли кто-то его не поймет или поймет не так. Может быть, именно в этой абсолютной ясности и кроется, как говорится, дьявол. Ведь кроме неё в стихе больше ничего нет, ни намёка ни на что-то ещё, и поэтому некоторая, может быть, допустимая, вообще говоря, неуклюжесть изложения темы, здесь ничем не компенсирована. И поэтому хочется придраться.) Впрочем, смело просто не обращайте внимания на то, что я тут понаписала, это я как бы сама с собой болтаю. Совсем уже с ума сошла. )
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Обступает меня тишина,
предприятие смерти дочернее.
Мысль моя, тишиной внушена,
порывается в небо вечернее.
В небе отзвука ищет она
и находит. И пишет губерния.
Караоке и лондонский паб
мне вечернее небо навеяло,
где за стойкой услужливый краб
виски с пивом мешает, как велено.
Мистер Кокни кричит, что озяб.
В зеркалах отражается дерево.
Миссис Кокни, жеманясь чуть-чуть,
к микрофону выходит на подиум,
подставляя колени и грудь
популярным, как виски, мелодиям,
норовит наготою сверкнуть
в подражании дивам юродивом
и поёт. Как умеет поёт.
Никому не жена, не метафора.
Жара, шороху, жизни даёт,
безнадежно от такта отстав она.
Или это мелодия врёт,
мстит за рано погибшего автора?
Ты развей моё горе, развей,
успокой Аполлона Есенина.
Так далёко не ходит сабвей,
это к северу, если от севера,
это можно представить живей,
спиртом спирт запивая рассеяно.
Это западных веяний чад,
год отмены катушек кассетами,
это пение наших девчат,
пэтэушниц Заставы и Сетуни.
Так майлав и гудбай горячат,
что гасить и не думают свет они.
Это всё караоке одне.
Очи карие. Вечером карие.
Утром серые с чёрным на дне.
Это сердце моё пролетарии
микрофоном зажмут в тишине,
беспардонны в любом полушарии.
Залечи мою боль, залечи.
Ровно в полночь и той же отравою.
Это белой горячки грачи
прилетели за русскою славою,
многим в левую вложат ключи,
а Модесту Саврасову — в правую.
Отступает ни с чем тишина.
Паб закрылся. Кемарит губерния.
И становится в небе слышна
песня чистая и колыбельная.
Нам сулит воскресенье она,
и теперь уже без погребения.
1995
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.